– Если он прикончит друида, ты без опаски сможешь занять западные земли.
– Кишка тонка у твоего боярина.
– Он не мой, но, может, об заклад побьемся?
– На что? – заинтересовался Еуголис.
– Если Данила одолеет друида, половина земель того – моя.
– А другая – моя, – быстро смекнул выгоду северный сосед. – Но в случае проигрыша ты идешь на колдуна войной.
– Хорошо. Призываю всех собравшихся в свидетели, – обратился к присутствующим Аиристин, который накануне получил сведения о двух промежуточных победах боярина над могучим колдуном.
Высокочтимые, считавшие друида непобедимым, абсолютно были не прочь, чтобы один из могучих родов ослаб по итогам войны. Они молча утвердили пари.
– А теперь давайте поговорим о самом главном, – поднялся старейший из присутствующих. – Если нам все-таки удастся оживить ключ и пробить проход в наш старый мир, кого отправим на ту сторону?
Это был действительно важный вопрос, поскольку род, контролирующий проход, получал значительную власть над остальными. Причем она распространялась как на находящихся в этом мире, так и в старой реальности. Возвращаться обратно эльфы не собирались, наоборот, они хотели перетащить сюда побольше соплеменников, чтобы усилить свои позиции…
Дележ шкуры неубитого медведя продолжался до ужина. Так и не выбрав состав делегации, шишколобые разбрелись по комнатам.
Когда Аиристин последним покидал зал для приемов, его на выходе встретил безопасник. Этот эльф был самым древним в роду, являлся одним из лучших магов и всецело поддерживал главу рода.
– Свежие вести с востока не желаешь услышать? – спросил он, сощурив глаза.
– Надеюсь, приятные?
– Как на них посмотреть, Аиристин.
– Говори уже. Устал я нынче от всяких обиняков в зале приемов.
– Есть основания считать, что друид пару дней тому покинул этот мир.
– Откуда новости?
– Один из наших бывших наемников недавно нанялся к метаморфу.
– Меченый? – решил уточнить Аиристин.
Шишколобые, когда поручали работу людям, старались наградить последних полумагическими существами растительного происхождения. Подобно паразитам, те незримо находились на коже человека и впитывали все, что происходило вокруг. Стоило рядом с таким наемником произойти важному для эльфов событию, как существо покидало хозяина и спешило к создателю.
– Да. И эта метка услышала разговор метаморфа с тенью друида. Данила его убил.
Главной целью таких подселений являлась безопасность шишколобых. Если другой наниматель поручал меченому уничтожить важную для эльфов персону, они сразу знали и заказчика, и исполнителя. В данном случае слово «друид» активировало подселенца, и тот, запомнив беседу, происходившую неподалеку от своего временного владельца, отправился с ценными сведениями к тому, кто его создал.
– Не зря я поставил на боярина, – уголками губ усмехнулся Аиристин. – Его победа принесла нам сегодня новые земли.
– Твоя мудрость всегда приносила выгоду нашему роду, – отметил безопасник и продолжил: – Вторая новость не столь приятная.
– Говори, – Аиристин нахмурился.
– Тень друида перешла в подчинение к метаморфу. Он наверняка стал сильнее.
– Надеюсь, это не позволит ему обнаружить мою метку, – задумчиво произнес глава рода. – О приближении такого врага хотелось бы знать заранее.
Во время своей единственной встречи с метаморфом, едва не закончившейся трагически, Аиристин сумел подвесить на волшебника сигнальное заклятие, активирующее специальный амулет при приближении к нему на сотню шагов. Такой амулет имелся у охранников города и особо важных лиц рода.
– Полагаю, ежели метаморф и решит заглянуть к нам, то не раньше, чем разберется с Данилой, – предположил безопасник.
– Этот боярин и сам горазд разобраться с кем угодно… Для нас лучше, если бы они оба сгинули. Не знаешь, как сие устроить?
– Некоторые соображения имеются.
– Готов их выслушать. – И Аиристин предложил пройти в более укромное место.
– Если врага не удается одолеть силой, надо применить хитрость, чтобы союзники и друзья Данилы от него отвернулись… – начал излагать безопасник, когда оба оказались в зеленой комнате, где глава рода обычно принимал родственников.
Рассказ Зарины о ночном нападении звучал реалистично лишь до момента, когда вражеский колдун принялся убивать своих же. Черкасского сильно удивил подобный поворот – в его дом вломились разбойники, за которыми явно стояла организация, подобная возглавляемой самим Далемиром…
Первые результаты осмотра указывали на службу Османской империи. А у султана диверсантов подбирали тщательно. Ни один из них не мог вот так просто броситься на помощь, пусть даже и сестры. Опять же, если он был колдуном, почему остальные так безрассудно принялись его атаковать, почему у первого волшебника не сработал магический щит, ведь кинжал, угодивший в шею, был самым обычным…
Черкасский нашел немало и других нестыковок в том странном бою, где две женщины при помощи неожиданно переметнувшегося вражеского чародея сумели упокоить с десяток диверсантов.
Глава Тайного приказа сидел в своем кабинете за столом, на котором лежал только чистый лист бумаги и карандаш.
