Волосы Флоранс еще не просохли, но она сказала, что спешит, расплатилась и быстрым шагом пошла в сторону Страда Реале, где между Саут-стрит и Орднанс-стрит громоздились развалины Королевского оперного театра, разбомбленного еще в 1942 году. Война уничтожила столько красивых зданий Валлетты. Невдалеке от остатков дома, окруженного горами обломков, стояли двое скучающих полицейских.
– Что случилось? – спросила она у полицейского помоложе, судя по всему новичка.
– Под завалами нашли тело. Должно быть, убило шальной бомбой в конце войны. Печально, но мы до сих пор находим тела погибших.
– Мужчина или женщина? – задала новый вопрос Флоранс.
– Женщина. Все тело в повреждениях. Только волосы уцелели.
– Волосы, говорите?
– Да. Ярко-рыжие. Должно быть, иностранка. Среди местных рыжих нет… А что вас так интересует? – насторожился парень.
– И куда отвезли тело этой несчастной? – спросила Флоранс, стараясь говорить тоном любопытной прохожей, хотя у самой колотилось сердце; полицейский пожал плечами. – Вы знаете? Обыкновенное женское любопытство.
– В больничный морг, – ответил он.
– Понятно. Хорошего вам дня. Надеюсь, вам не придется долго стоять на жаре.
Флоранс посмотрела на часы. Слова о погибшей рыжеволосой женщине почему-то вызвали у нее панику. А вдруг? Ведь всякое могло случиться. И, судя по времени, она опаздывала на встречу с Камом. Флоранс приказала себе успокоиться, поскольку знала кратчайший путь отсюда до университета. Если повезет, она доберется туда вовремя.
Когда она постучалась в дверь кабинета Кама, он надевал пиджак.
– Я уж начал думать, что вы не придете.
– Простите. Узнала о мертвой женщине, найденной утром под завалами. Кам, вы можете мне помочь в одном деле?
Вернувшись вечером домой, Джек застал Флоранс в подавленном состоянии.
– Переживаешь из-за матери? – сочувственно глядя на нее, спросил он, а затем подошел и обнял. – Узнавал насчет парохода. В ближайшие десять дней не будет ни одного. Последний ушел не далее как вчера.
– Переживаю, но не только из-за маман. Ты слышал новость?
– Какую?
– Утром нашли тело женщины. В завалах разбомбленного дома. Отвезли в больничный морг. У Кама есть знакомый в больнице. Обещал разузнать.
– Боюсь, на острове и дальше будут находить тела под завалами.
– Я говорила с полицейским. Они думают, что женщина погибла ближе к концу войны. Возможно, пару лет назад. Как они говорят, от шальной бомбы. Ее запечатало под обвалами и потому тело разложилось лишь частично.
– И ты подозреваешь…
– Сама не знаю. Мелькала такая мысль. Завтра пойду в больничный морг.
– Зрелище может оказаться… словом, не для слабонервных.
– Джек, Каму в морге сказали, что у нее на руке был браслет с подвесками, а от парня-полицейского я узнала, что у нее рыжие волосы. Я должна пойти в морг хотя бы для собственного спокойствия.
– Представь, что аналогичных браслетов было больше двух.
– Возможно, – вздохнула Флоранс.
– Ты всерьез думаешь, что это Розали?
– Уже не знаю, что и думать. Если это Розали, тогда непонятно, почему никто о ней не слышал.
Флоранс кивнула. Мысль продолжала крутиться, и вдруг ее осенило.
– Боже, какая же я дура! Розали наверняка сменила имя. Почему я раньше не подумала об этом? Очевидная вещь. Мне надо было просто спрашивать о француженке, не делая упор на имя.
– Не изводи себя. На Мальте было полным-полно французов и француженок. Расширение рамок поисков тебе все равно не помогло бы.
На следующий день Джек вместе с Флоранс пошел в морг. Кам позвонил туда заранее и предупредил о ее приходе, сказав, что погибшая могла быть родственницей мисс Боден.
Флоранс вошла в вестибюль со стенами ядовито-зеленого цвета. У стойки регистратора она спросила, где находится морг. Женщина за столом указала на лестницу, по которой нужно было спуститься и затем повернуть направо. Держась за руки, они с Джеком спустились в подвал и нашли дверь. Объявление на двери предлагало войти и занять места. Флоранс нажала ручку. Они вошли. Комната, как и вестибюль с коридорами, была выкрашена в тот же жутко-зеленый цвет. Еще одно объявление сообщало телефонный номер распорядителя похорон. Чуть ниже была приклеена небольшая фотография церкви. Флоранс нажала кнопку звонка на стене и села на жесткий металлический стул. Ее сердце гулко колотилось. Она пыталась представить, чтó увидит, когда откроется последняя дверь. Будет ли это тело Розали?
Через несколько минут к ним вышел почти лысый мужчина средних лет:
– Мисс Боден?
– Да.
– Прошу за мной.
Джек пошел вместе с ней. Служащий морга привел их в комнатку и снова попросил подождать. Флоранс охватило чувство обреченности. Нескончаемое ожидание только усугубляло это чувство. Вдобавок в подвале больницы было холодно, как в леднике. Опять ядовитая зелень стен и крест на одной из них. Больше смотреть было не на что.
Вернулся служащий, держа в руках что-то завернутое в белую ткань. Он осторожно развернул ткань и…
