На этом ролик, который Генри прислал Эмме закончился.»
Свон выключила ноутбук и закрыла крышку. Она сидела в прострации и ощущала вновь тяжелое сердцебиение. Вроде она увидела Реджину, вроде вновь она почти близко, хоть так далеко. Но она действительно далеко. Свон слушала и слышала каждую эмоцию, каждое слово сказанное Миллс. Эмма улыбалась на моментах, где ведущая пыталась вывести Реджину на эмоции, умилялась, когда Миллс говорила про Генри. Но все эти чувства перекрыло другое – вновь острое чувство боли, которое никогда никуда не уйдет из сердца и души Свон. Она предатель. Тот человек, который даже не заслуживает упоминания всуе. Реджине говорила про Генри, про Робина, про город. И про предательство, которое Кайси Розверт по незнанию приравняла с Алмой Вилар. Но Эмма поняла, что Реджина говорит про предательство Свон. Мэр знала, что не заслуживает прощения, и поняла, что из-за нее Реджина не может вернуться, даже просто навестить Генри. Свон вновь была опустошена и разбита. Собственная глупость стоила дорогого. Стоила ее собственной любви, стоила прекращения общения Генри с его лучшей подругой, с Реджиной, стоила вообще исчезновение Миллс из жизней не только семейства Свон, но и всего города. Эмма в очередной раз оставила работу на потом и поехала домой. Ей хотелось закрыться в своей комнате и рыдать от безысходности.
Время продолжало медленно плыть по своему мучительному течению. Работа-дом, дом-работа. График Свон был однообразным. Единственным и как всегда любимым и любящим для нее был Генри. Он был как лучик света в кромешной тьме, он всегда понимал, терпел, улыбался даже когда самой хотелось выть. Глядя на своего сына Эмма захотела жить дальше. Постараться ради него заковать свои чувства в себе и идти рядом с ним по его дорожке жизни. Если раньше Эмма искала ролики, видео, интервью в газетах, хоть что-то о Реджине, то сейчас нет. После той программы Свон прекратила всяческие попытки. Она решила не мучить ни себя, ни Генри пустыми иллюзиями, не бередить раны, которые никогда не смогут зажить, но и посыпать солью их не хотелось. Реджина четко дала понять, что она не вернется. Что к предателям не возвращаются. Единственное на что Эмма надеялась, что Миллс свяжется с Генри. Что пригласит его к себе погостить. Свон не будет против, она наоборот обрадуется, что Миллс не забыла про Генри, что помнит про него и также любит, как и до восстановления памяти. Но время шло, а ни звонка, ни сообщения не было. Но Свон по-прежнему теплила надежду, что хотя бы про Генри Реджина не забудет и позвонит. Про себя Эмма уже и не думала. Она для Миллс умерла и так правильно.
Выходной день. Суббота. Эмма, как всегда раньше, отсыпалась после тяжелой недели, а Генри убежал с утра пораньше на пирс. К Киллиану, пообщаться, вдохнуть морской воздух. Ведь осталась всего неделя до нового учебного года. Каникулы пролетели невообразимо быстро, а главное насыщенно.
– Киллиан, мы поедем сегодня кататься на лодке?! – спросил Генри у смотрителя пирса.
Реджина всё устроила. Она больше не могла тянуть и находиться так далеко от своей любви, от Генри. Брюнетка все обсудила с Нейтом, который был рад за бывшую жену и не препятствовал ее отъезду вместе с сыном. Забрав Дэниэла, предварительно все ему рассказав, они отправились в морское путешествие на яхте.
Нужные вещи они уже забрали, а то что понадобится позже постепенно будут доставляться.
– Дэни, иди ко мне, – крикнула с верхней палубы их огромной яхты Реджина.
