Потерянная полностью

Транспортер как корова копытом лягнула — по крайне мере, у меня возникло именно такое ощущение. Разом замигали индикаторы активности маневровых сопел: пусть я заранее повернул малое судно нужной гранью в сторону происходящего сражения, скомпенсировать до конца перегрузку и вращательный момент, возникшие, когда псионики с полезным грузом оттолкнулись от борта ганшипа, автоматике борта не удалось. Надеюсь, все реально заняты боем и смотреть по сторонам некому, а то сразу возникнет вопрос, почему траектория одинокого легкого судёнышка так поменялась… Впрочем, не уверен, что даже если заметят — найдётся, кому отреагировать. Ну всё, теперь я сам по себе: Флоя, мехны и дети отработано выключили передатчики для меньшей заметности, как во время высадки на очередной миссии. Собственно, происходящее в известной степени действительно похоже на отдельные фрагменты разных миссий, потому они должны справиться. Причем без меня — на корабле, где Флоя давно уже влезла с ногами в управляющий кластер, инженер для открытия дверей и коммутации средств кабельной связи просто не нужен… Так. Просто выкинуть из головы! Дети и мехны справятся — я уверен… я просто должен в это верить. Это был верный расчёт: теперь главное самому не облажаться. Чёрт. Чёрт…

Выкинуть из головы мысли о Егоре и Васе до конца так и не получилось. Сколько я не пытался, стоило хоть немного отвлечься от продумывания моей идеи одиночной контр-батарейной борьбы — сразу начинался бесконечный внутренний монолог «а если» и «они должны справится»… Что ж, оставалось надеяться, что это мне не помешает. Всё, работаю. Своей целью я наметил не тот транспорт, у которого было две рабочие турели, а второй, с одной пушкой. Обшивка, вернее, то, что от неё осталось, с видимого мне борта выглядела так, как будто её крупной тёркой тёрли, зато торчащие рёбра-шпангоуты силового набора корпуса хоть местами и оплавились, почти все остались на своих местах. Чего было не сказать про второе стреляющее корыто, непонятно каким чудом ещё не развалившееся как минимум пополам. Свою роль сыграло и то, что двигательная группа моей цели пострадала только с одной стороны, оставив два двигателя из четырёх внешне не поврежденными, по крайне мере со стороны сопел. Целые сопла — это главное, даже если автоматика заблокировала тягу из-за внутренних повреждений, я смогу заставить маршевые двигатели заработать хотя бы на несколько секунд, а после этого — пусть хоть взорвутся!