Видно, как в траве копошатся козявки, слишком большие для обычных муравьев, из-за кустов иногда высовываются морды. Сначала думала – зайцы, но когда пригляделась, кровь в жилах застыла. От зайцев у них только уши, остальное больше напоминает харю вурдалака – глаза огромные, белесые, из пасти по два клыка с каждой стороны. Тела грузные и похожи на смаргов.
Я отвернулась и уставилась в спину странника, боясь смотреть по сторонам, но боковым зрением все равно видно, как за стволами перемещаются фигуры.
Чтобы как-то заглушить жуть, которая холодной змеей шевелится в районе живота, я спросила тихо:
– Темные эльфы видят ночью?
Из-за спины донесся вздох недовольного удивления, даже Варда чуть покосился через плечо. Взгляд беспокойный, уши шевелятся, как у зайца.
Он странно посмотрел на меня, но ответил так же тихо:
– Видят. Но они, как змеи, различают лишь тепло.
– Значит, если в темноте замерзнешь, не смогут заметить? – уточнила я.
Варда на минуту замолчал. В кустах, которые раньше были шиповником, заворочалось что-то большое. Оно недовольно засопело, я схватилась за антрацитовую рукоять. Ко всеобщему облегчению, тварь хрустнула ветками и с глухим топотом удалилась.
Рыжий вытер лоб и проговорил:
– Наверное, да. Правда, не представляю, как надо околеть, чтобы перестать излучать тепло.
За широким деревом хрустнуло, мы все разом обернулись, увидели лишь вытянутую тень с большими синими глазами. Она заинтересованно наклонила голову и спиной поплыла в глубину леса.
Рыжий глухо зарычал и вытащил меч. Тень безразлично глянула на клинок и растворилась. В темноте остались лишь два синих огонька, которые напоминают обычных светлячков.
Я повертела головой, теней стало больше. Они бесшумно носятся вокруг, но не нападают. Приблизившись к широкой спине странника, я спросила:
– Что это за твари?
Варда оглянулся. Лоб нахмурился, уши нервно дернулись.
– Это проклятые души эльфов. Они мирные, пока мы втроем.
– Что это значит? – не поняла я.
– Главное, не оставаться одному, – пояснил Варда. – Иначе…
Он глянул на белокожего и провел большим пальцем по горлу.
– Конец, – сообщил странник. – Будут в Эолуме петь прощальные песни по погибшим в Чумнолесье героям.
Меня всю передернуло, когда представила, как ледяные руки призраков проникают к самому сердцу, хватают внутренности и дергают на себя.
Мимо прогудела стайка светлячков размером с воробьев. Засыпанная ветками дорога озарилась призрачно-желтым светом, на несколько секунд видимость стала доступной для всех. Трещины в коре деревьев углубились, словно внутри проходы в другой мир, тени вытянулись.
Шорох высокородных сапог за спиной затих, белокожий остановился. Когда оглянулась, увидела, как разглядывает сияющие гнилушки возле кривого ствола. Козявки сделали небольшой круг и скрылись в зарослях, лес снова погрузился во тьму.
Я ускорилась, боясь отставать от рыжего, когда догнала, снова покосилась назад.
Лисгард сделал шаг, тут же выругался под нос, зацепившись волосами за ветку. Думала, сейчас разразится приступом красноречия на тему высокой эстетики, но он лишь скрипнул зубами и поспешил за мной.
Не знаю, как долго углублялись в чащу, густая крона и темнота мешают определить время суток. Но, судя по плотности зарослей, шли, наверно, пару часов.
Варда замедлил шаг, пригнулся и стал осторожно продвигаться сквозь черные кусты.
– Ты чего крадешься? – спросила я нарочно громко, чтоб ободриться.
Рыжий резко развернулся, обхватив меня за шею, зажал рот. Я вытаращила глаза, он извиняюще скривился и осторожно разжал пальцы.
– Тише ты! – прошептал он в ухо раздраженно. – Мавок разбудишь своими воплями.
Я осторожно высвободилась из рук странника и обиженно отошла к Лисгарду. Тот стоит возле обгоревшего до черноты дерева, смотрит на Варду волком, пальцы угрожающе ползают по рукояти.
Он сверлил взглядом странника до тех пор, пока за кустами в очередной раз не хрустнуло. Тогда белокожий отвел взгляд. По благородному лбу сбежала тоненькая струйка, переползла на нос и сорвалась прозрачной каплей с кончика.
– Миледи, советую держаться рядом, – проговорил он тихо. – В случае опасности потребуется защита.
Варда глухо хохотнул, огибая темный, как душа демона, куст.
– Наша серая хорошо сражается, – шепнул он через плечо. – С ней точно не страшно.
Лисгард сморщил лоб, соображая, что имел в виду рыжий, затем его глаза расширились, в синей глубине полыхнуло пламя. Брови сошлись на переносице, солнечный эльф выхватил меч и отшагнул от черного ствола.
– Вы забываетесь, Варда, – процедил высокородный.
Рыжий резко развернулся, кончик меча нацелился в грудь белокожему, но дальше не двинулся. Варда принял боевую стойку на случай, если высокородный все-таки нападет.
Я испуганно вытянула уши и схватила Лисгарда за руку, стараясь опустить клинок.
– Сын казначея, ты что! – быстро зашептала я. – Успокойся, Варда совсем не это имел в виду. Правда, Варда?
Я зло посмотрела в серые, как адамантин, глаза и замерла в ожидании.
Рыжий нехотя опустил меч. Он отмахнулся от очередного светляка, который пытался устроиться на щеке, затем отошел на пару шагов.
