— Мое имя — Эршаз Шисаар Араншасский, Ваше Высочество, — слегка склонив голову, произнес тот. — Мы готовы исполнить вашу волю.
— Мою волю, — душа усмехнулась и сделала шаг к собеседнику, — нужно было исполнить еще тогда. Если бы ваши предки были умнее, — она подняла глаза вверх, с неприязнью разглядывая застывшие в зеркальных осколках лица, — вам бы не пришлось страдать за их грехи.
— Госпожа…
Вдруг принца неожиданно перебили.
— Вот именно, что не должны! — воскликнул зульфиец, стоящий в четвертом круге от меня. Он резко скинул капюшон, и я сразу узнала его лицо. Это был тот самый мужчина, который возмущался на тайном собрании Знающих. — Наши предки поступили неправильно, но сколько можно мучить нас?!
— Замолчите, граф! — рыкнул на него Нарташ.
— Это же невыносимо! Мой дед, мой отец, я — все мы страдаем от вашего проклятья! Это сводит с ума! Я не хочу того же для своих детей! — продолжал возмущаться маг. — Мы сделали все, как ты хотела! Так освободи нас!
Заточенные в зеркалах души зашевелились, поддерживая говорящего. Осколки затрепетали, мерцая и переливаясь в магическом свете.
— Освободить? — холодно переспросила Юнисса, поворачиваясь к нему. — Ты требуешь?
Граф сначала испугался ее ледяного тона, но потом с вызовом взглянул в глаза.
— Требую!
— Хорошо, — неожиданно согласилась принцесса, одарив насторожившегося мужчину улыбкой.
Она резко взмахнула в его сторону рукой. Круг под ним вспыхнул уже знакомым алым пламенем, вмиг поглотив зульфийца с головой. Тот истошно заорал и задергался, пытаясь выбраться из огненной клетки, но не сумел сделать и шага.
— На колени, — приказала Юнисса, опуская вскинутую руку.
Все призыватели разом припали к земле, словно придавленные незримой силой. Последовавший за этим порыв ветра сдул с их голов ткань, скрывающую лица. Представители всех древних родов оказались перед призванной душой как на ладони.
Мечущийся в огненной агонии граф резко затих. Прекратились и раздирающие душу вопли.
— Ты свободен, — равнодушно произнесла принцесса, наблюдая за тем, как тело сгоревшего заживо мага превращается в пепел и исчезает. — А теперь — вы.
Она резко вскинула голову и руки вверх. Осколки с заточенными в них душами начали разрываться на мелкие кусочки. Мужские и женские лица исказились от охватившего их ужаса, застыли в безмолвном крике, не имея возможности избежать кары.
— Госпожа! — с мольбой в голосе обратился к ней Эршаз. — Остановитесь, прошу!
— Они же хотели свободы, — лопая осколки один за другим, скучающе ответила Юнисса. — Пусть забирают.
— Они не хотят умирать, — подал голос Исташ. — Простите нас, госпожа.
Принцесса замерла, разглядывая его лицо. Ее руки медленно опустились.
Все в этот момент, как мне показалось, облегченно выдохнули.
— Ты… — Она шагнула к нему. — Сатрахийский.
— Верно, госпожа, — кивнул он, поднимая на нее глаза. — Исташ Ярх, маркиз Сатрахийский.
— Такой молодой и красивый, — задумчиво протянула Юнисса, без стеснения рассматривая его. — Скорее всего, тоже обладаешь острым умом, как и твои предки. Даже немного жаль, что твой род я хочу уничтожить одним из первых.
Она перевела взгляд на его соседа и двинулась дальше по кругу, изучая каждого из призывателей отдельно. Ей, чтобы узнать, кто потомком какого рода является, хватало нескольких секунд. Безошибочно назвала всех, не забыв и о том, кого успела «освободить».
— Саррийский, — оказавшись перед герцогом, произнесла принцесса.
— Нарташ Альташи, герцог Саррийский, госпожа, — склонил голову тот.
— Ваш род тоже на особом счету. Хорошие ораторы и интриганы. Твой предок сделал все, чтобы стереть правду.
Нарташ лишь послушно кивнул, принимая ее слова к сведению.
Не было сомнений в том, что каждый из присутствующих здесь был осведомлен о грехах собственной семьи.
— Зачем призвали меня? — спросила она, наконец, шагнув к принцу. — Кажется, в прошлый раз я четко дала понять, что уничтожу всех.
— Мы осознали ошибку наших предков, принцесса, — заговорил Эршаз. — Раскаиваемся, хотим получить ваше прощение.
— Прощение? — Юнисса вдруг злобно расхохоталась. — Ложь!
— Госпожа… — неуверенно подал голос Нарташ, но душа его перебила.
— Проклятие снять хотите, шкуры свои спасти. Думаете, не знаю, чего хочет каждый из вас? Избежать небытия, сохранить шанс для своей душонки на перерождение!
От спокойствия в образе Юниссы не осталось и следа. Ее глаза потемнели. В голосе зазвучал металл. Пропало внутреннее сияние. Даже по белоснежному платью, подобно змеям, поползли уродливые кривые полосы. Вокруг начала сгущаться тьма.
Святая душа прямо на глазах становилась проклятой.
«Юна…» — тоскливо шепнул Зульфагар.
— Госпожа, вы правы. — Эршаз поднял на нее глаза. — Мы хотим спасения. Наше наказание было столь долгим, но теперь оно может подойти к концу. Условием его завершения был Зульфагар. — На этих словах Юнисса едва заметно вздрогнула. — Мы его нашли.
Принц махнул в сторону. Потемневшие глаза духа уставились на меня.
«Юна, — позвал ее Зульфагар. — Я…»
— Обмануть пытаешься?! — вдруг прошипела она Эршазу, метнув на него полный злобы взгляд. — Уничтожу!
