Джейн наблюдала за процессией из тени клена, опасаясь, что появление загадочной вдовы Малкольма вызовет у журналистов чересчур большой интерес. Едва узнав о похоронах, девушка решила, что лучше держаться подальше. У нее не было причин сомневаться, что Аннетт восприняла ее угрозы серьезно, но Джейн не хотела лишний раз испытывать их перемирие на прочность. Ей было достаточно находиться здесь, рядом с Малкольмом. Это молчаливое прощание совершенно не требовало становиться героем дня или ввязываться в перепалку с Аннетт.
Девушка машинально сунула руку в сумочку и нащупала гладкий бок спиритической шкатулки. Она надеялась, что близость к останкам Малкольма поможет той лучше сохранить память о нем, однако тепло и любовь, излучаемые артефактом, даже отдаленно не напоминали о мужчине. «Прошло слишком мало времени», – со вздохом поняла Джейн. А с этими чарами совершенно точно не следовало торопиться.
– Это здесь проходят поминки для персон нон грата? – прощебетал знакомый голос над плечом, и девушка чуть не подпрыгнула. – Я принесла икру.
Эльфийское личико и черное платье Мейв выражали глубокую печаль, однако в руке ведьмочка сжимала настоящую плетеную корзинку для пикников. Скорбь Джейн захлестывала ее, подобно мутным водам, и все же она слабо улыбнулась при виде подруги.
– Харрис паркует машину, – добавила Ли, ковыляя по траве на немыслимо высоких каблуках. За ней шли остальные Монтегю.
– Вам было совсем необязательно приходить, – возразила Джейн, чувствуя, как в груди разливается тепло благодарности.
– Большое заблуждение с твоей стороны, – с упреком заметила Шарлотта. В карих глазах читалось искреннее сочувствие. – Моя милая племянница захватила пару бутылок шампанского, и если позволишь, мы почтим память Малкольма вместе с тобой.
Джейн оглянулась на переполненное кладбище: не похоже было, чтобы парад панегириков собирался заканчиваться в ближайший час.
– Думаю, они еще нескоро пойдут обратно, – кивнула она, и Мейв, достав из корзинки зеленую бутылку с этикеткой «Salon 1997», одним тренированным движением вытащила пробку.
Харрис подошел к девушкам и расстелил на траве большой клетчатый плед.
– Мне вчера снилась Ди, – буднично начал он, когда шампанское было разлито в бокалы, и компания разбилась на маленькие группки. Джейн вздрогнула, но ничего не сказала. – Я не… она мне… с тех пор… – Харрис замялся, и девушка инстинктивно положила руку ему на плечо. Он на мгновение накрыл ее своей ладонью и слегка сжал. – Я хочу извиниться. Не помню, что точно она сказала, но разнесла она меня по полной программе. Жаль, я тебя не послушал, когда ты предлагала устроить спиритический сеанс. Возможно, он предотвратил бы эту бессмысленную вражду.
Джейн сочувственно улыбнулась.
– Все случилось так, как должно было. Мне кажется, это правильно, что Ди сама выбрала для нас момент примирения.
Девушка поднесла бокал к губам и вдруг замерла, чувствуя, как пузырьки щекочут кожу. После секундного колебания она вернула его на одеяло нетронутым.
Повисла пауза. Когда Харрис заговорил снова, в его голосе слышалось сомнение.
– Может, это была и не Ди, – наконец признал он. – То есть она была чертовски похожа на Ди, но я так долго злился на Малкольма, тебя и вообще весь мир… Возможно, мое подсознание решило, что с этим пора завязывать.
Джейн задумалась.
– Мне кажется, Ди сейчас обрадовалась бы. И неважно, была это твоя идея или ее.
– Вот и я так думаю, – кивнул парень, и веснушчатое лицо осветила невеселая улыбка. Джейн заметила, что вокруг зеленых глаз прорезались крохотные морщины – следы усталости и боли, но когда он улыбнулся, девушка на мгновение узнала прежнего неунывающего Харриса.
– Я соболезную твоей потере, – тихо закончил он.
– А я соболезную твоей, – эхом откликнулась Джейн и потянулась к нему для мимолетного объятия. Между ними снова проскочила электрическая искра: сила девушки неизменно отзывалась на магию в крови Харриса, но на этот раз ее характер был другим – не влечение, а родственное узнавание. Харрис был частью ее семьи, и их примирение словно положило последний фрагмент в разбитую некогда мозаику.
– Боюсь, для персиков еще рановато, но эти тоже ничего, – и Мейв, устроившись на одеяле рядом с подругой, сунула ей контейнер с фруктовым салатом.
Джейн рассеянно отправила пару кусочков в рот, но даже не заметила вкуса.
– Очень вкусные персики, – легко согласилась она.
Глаза Мейв сузились.
– Но там
Джейн с минуту вглядывалась в похоронную процессию. На кладбище было негде яблоку упасть, но Аннетт казалась одинокой и будто надломленной. Хасина распоряжалась ее телом совсем недолго, но Джейн не знала, сколько времени требовалось, чтобы нанести разуму хозяина непоправимый ущерб.
– Я в порядке, – честно ответила девушка. – Хуже всего сожаления. Я знаю, что некоторые ошибки невозможно исправить, но обычно ты хотя бы можешь попросить прощения.
