Виктор Александрович Колесников (44 года), профессор МГУ, был мужчиной полноватого телосложения. При этом, обладал не броской внешностью, особых примет не имел. Его коротко стриженные волосы сегодня были намазаны бриолином и зачесаны назад, скрывая характерные залысины по краям макушки головы. Он постоянно на людях носил очки в роговой оправе, тем не менее зрение у него было отличное. С собой у него в кармане пиджака всегда находился балон с ингалятором (он страдает астмой средней формы). Профессором МГУ работает уже почти 10 лет. Нареканий по работе никогда не имел. С коллегами дружелюбен, но ни с кем близко не общается. Студенты его любят. На его лекциях по античному искусству Древней Греции и Древнего Рима всегда аншлаг. Даже заядлые хулиганы слушают Виктора Александровича, зачарованные его крайне необычной подачей материала. Его лекции – это не просто банальные пересказы из учебников. Это настоящие произведения искусства. Хотя профессиональным оратором Колесников не является. Он всегда говорит негромко и спокойно и даже не пользуется гарнитурой микрофона, но во время его лекции в аудитории стоит гробовая тишина.
Сегодня на Викторе Александровиче был надет костюм-тройка в мелкую черно-серую клетку, под ним была белоснежная накрахмаленная сорочка из настоящего шелка. Вместо привычного ремня брюки поддерживали его любимые подтяжки. Довершали образ красная бабочка их натурального хлопка и лакированные черные туфли из натуральной кожи. Рядом с ним в машине сидела его жена Елена Эдуардовна Колесникова, которая в отличие от своего мужа-денди не любила дорогие наряды и по жизни одевалась весьма скромно, просто и без вычурности. Ее любимая одежда – это джинсы, толстовки и кроссовки. Но сегодня был особый случай.
Елена Эдуардовна – была женщиной средних лет с обычным телосложением. У нее ничем не примечательная внешность, типичная серая мышь. Волосы до плеч, светло-русого оттенка, большие серые глаза, нос картошкой, тонкие, бескровные губы. Улыбается крайне редко. Серьезная, основательная. Домохозяйка, до рождения малыша успела обучиться на мастера по шугарингу и теперь арендует кабинет недалеко от дома, на время работы пользуется услугами приходящей няни.
Несмотря на то, что идеальной их семью не назовешь, на людях они стараются казаться именно таковыми, хотя на самом деле, покоем и домашним уютом в их доме и не пахнет. Тем не менее, все светские мероприятия МГУ Колесниковы стараются никогда не пропускать, тем более Профессорский бал, который для Виктора Александровича является неотьемлемой частью его профессиональной деятельности. Специально для бала Елена Эдуардовна арендовала на прокат вечернее платье для танцев бордового цвета с пышными рукавами и квадратным вырезом декольте. Сзади оно крепилось бантом на шнуровке и плотно облигало ее уже не такую стройную фигуру по талии, тем самым скрывая все недостатки женщины, которая недавно родила ребенка. Длина платья была ниже колена, что лишний раз подчеркивало всю «благопристойность» его обладательницы. На голове у Елены была неброская прическа в виде гнезда собственного изготовления, зато макияж ей сделала подруга-визажист, так что в этом плане все было в полном порядке.
На шее у Елены висело то самое фамильное ожерелье, за которым теперь охотились Малофеевы, а на ногах были надеты черные туфли на низком каблуке, идеально подходившие под императорские танцы. Каблуки Елена не любила вовсе, но тут уж статус мероприятия обязывал, поэтому она всегда надевала максимально комфортную для этого обувь. Благо муж никогда ее за это не третировал, понимая, что долго танцевать на высоких каблуках сложно. А, что касается выбора основного образа одежды на бал для своей жены, то тут Виктор Александрович не позволял ей никаких вольностей. Платья для немногочисленных выходов «в свет» он всегда выбирал ей сам. На этот раз сложный выбор был сделан в пользу «бордо».
К Лефортовскому дворцу они подъехали в 18.45, когда большая часть гостей уже была на месте. Программа сегодня предстояла весьма насыщенная, поэтому времени на подготовку к началу бала у них оставалось немного.
Мария Малофеева же к этому времени уже успела оглядеться вокруг и пообщаться с несколькими семейными парами, сделала несколько снимков как самого дворца, так и его гостей. Проблем с коммуникацией у нее теперь уже не было. За долгие годы работы фотографом, она сумела побороть в себе стеснительность и робость при общении с незнакомыми людьми. Хотя она до сих пор с дрожью вспоминала свой первый репортаж на юбилейном банкете, когда очень волновалась перед началом работы. Но потом со временем, привыкла и втянулась в профессию, которую с детства очень любила.
Часть 3
Программа Профессорского бала МГУ была составлена на основе императорских балов XVIII века. Тогда большинство подобных мероприятий открывали польским танцем или полонезом (иногда этот танец заменяли менуэтом), вторым танцем на дворянском балу был вальс. Кульминацией бала же всегда была мазурка, а завершал его танец под названием котильон.
