Мужчину, которого случайно обнаружил собачник, так никто не опознал, хотя пошли уже вторые сутки. Просмотрев перечень пропавших за последнее время, выяснилось, что никто не подавал заявление, никто не пытался разыскать человека с такими приметами. Хотя бить в набат ещё рано, заявление полицейские примут только по прошествии трёх дней.
– Так, с самого начала, – негромко проговорил Трещёткин. Разбирая дела, он избавлялся от домочадцев и плотно закрывал двери. В тишине ничего не отвлекало, он мысленно растворялся в материале, проговаривая детали вслух. – Десять минут одиннадцатого случайный прохожий обнаружил на скамейке мужчину. Он не обратил бы внимания и прошёл мимо, но собака, ради которой и случился вечерний променад, неистово залаяла на сидевшую личность с наклоненной головой. Собачник, подумав, что дядя перебрал, решил оказать помощь. А то ещё не ровен час, полицейский наряд сгрузит в патрульный автомобиль и определит на ночь в кутузку. Парень поделился, тем, что сам, однажды попал в подобную ситуацию, поэтому в знак солидарности наклонился и тронул мужчину за плечо, пытаясь разбудить, отчего тот неожиданно завалился на скамейку. Свидетель решил, что несчастного настиг сердечный приступ. В экстренном порядке вызывал скорую помощь, а те, констатировав смерть, прямиком сигнализировали в полицию, – Александр прикрыл глаза, вспоминая высокого парня с рыжей бородкой и волосами, затянутыми резинкой на макушке. Типичный айтишник. – Так, свидетель – программист Семён Иващенко каждый вечер выгуливает свою собаку американскую питбульшу по кличке Зюсся. Из вечера в вечер ритуал один и тот же, и маршрут не меняется уже несколько лет. Программист выходит из дома в девять тридцать, обходит с Зюссей все близлежащие дворы, и возвращается парочка домой именно по парку. Маршрут выбирают специально по тёмной аллее, параллельно той, где многолюдно и есть освещение, потому что американский питбуль выглядит довольно грозно и часто пугает одиноких прохожих. На асфальтовую дорожку попадает немного света от проезжей части, а вот скамейки располагаются в тени деревьев, поэтому рассмотреть есть там кто-то или нет, можно только в непосредственной близости. Собака Зюсся учуяла смерть и позвала хозяина. Человека этого Семён раньше не видел, вокруг никого не заметил, навстречу никто не попадался, – Трещёткин снова задумался, вспоминая свидетеля. – Парень лет тридцати пяти, хорошо одет, запаха спиртного не чувствовалось, сам вызвал скорую помощь, потом дождался полицейских. Разговаривал ровно, не нервничал. Записывать Иващенко в подозреваемые нет смысла. Ни мотива, ни причины, ни точек соприкосновения с покойным у свидетеля нет. Хотя, кто знает! В любом случае, парень никуда не денется из города, данные паспорта зафиксированы и место работы известно, адрес есть. Правильно, что отпустил, да и собака нос везде совала.
На место преступления Александр Алексеевич приехал в районе одиннадцати, когда в парке уже вовсю трудилась следственно-оперативная группа. Эксперт-криминалист Илья Селёдкин, не отвлекаясь от работы, кивнул и махнул рукой в сторону кустов:
– Поговори сначала с парнем, который обнаружил труп. Он совсем измаялся, скорее не он, а его пёс, здоровенная собака всё куда-то рвётся. Отпустишь его, а потом ко мне.
Трещёткин огляделся и в стороне заметил, сидящего на корточках мужчину, который гладил грудастую серую псину и что-то шептал ей на ухо. При виде приближающегося следователя, американский питубль поднялся и оскалил зубы.
– Вы не бойтесь, это Зюсся с виду такая грозная, на самом деле девочка общительная и не агрессивная. Ей всего три года, ещё не научилась быть злой. Всё от хозяина зависит. Я работаю онлайн, поэтому могу позволить себе такую роскошь, а именно держать в квартире такую породу.
– Требует много внимания? – Александр потрепал собаку между ушкми. А та в ответ растянула пасть в довольном оскале.
– Всем нужно внимание, животное не исключение. Собака энергичная, требует растраты накопленной силы, а у меня работа сидячая, вот мы и носимся по городу два раза в день.
– Вы видели раньше этого человека?
– Нет. Я его не знаю. Этот район застроен человейниками, дома по десять – пятнадцать этажей с подъездами до десятка. Утром в поездах метро люди, как селёдки в бочке. Здесь встретить знакомое лицо, вероятность минимальная. В это время обычно пустынно, – Иващенко с силой удерживал на поводке собаку, которая тянула его домой. – Эта сторона парка почти не освещается и если бы не Зюсся, мы могли бы пройти мимо. Она залаяла, и я, осветив скамейку телефоном, увидел, что мужику или худо, или заснул в пьяном забытьи. Честно сказать, сначала я подумал, что он пьян, а когда тело завалилось, мелькнула мысль о сердечном приступе. Тогда я первым делом вызвал скорую помощь.
Поговорив ещё несколько минут со свидетелем и уточнив некоторые детали, следователь отпустил парня восвояси, потом вернулся к криминалисту Селёдкину, который уже упаковывал свой чемодан.
– Установил причину смерти?