За рулём Трещёткин задумался: сыну всего четыре года! Почему он не родил ребёнка раньше? Кого-то ходил – манежился, выбирал, перебирал! А сейчас ещё надо дожить до того момента, когда сын встанет на ноги выберет профессию и состоится в ней. Заводить детей надо в двадцать лет сразу после Армии, тогда есть шанс увидеть взрослых детей, внуков, а то и правнуков. Ванюшка появился, когда ему исполнилось сорок пять! На что он надеется сейчас? А если вырвут из привычной среды, от семьи, от работы! Он отогнал тревожные мысли о будущем сына и краем глаза глянул на стажёрку. Он навёл справки об её семье. Несмотря на закрытость, удалось выяснить, что мать находится в частной психиатрической клинике на лечении. Отец банковский служащий из топ менеджеров. Девушка практически предоставлена сама себе, контроля со стороны родителей никакого. Не дай бог проявятся материнские гены. Хотя девушка самостоятельно поступила в Университет и в том ВУЗ-е числится в ряду успевающих студентов. Трещёткин незаметно вздохнул: всё равно нужен глаз да глаз. Время такое тревожное.
Глава 5
Инспектор Вахтанг Сихарулидзе служил в пограничном наряде пятый год, и ни разу за этот период он не видел такого скопления людей и транспорта. Обычно на пересечение границы между Россией и Грузией требовалось не больше часа, но в последние месяцы творилось что-то невообразимое. Поток автомобилей с российской стороны не прекращался. Желающие попасть на грузинскую территорию простаивали на границе по шесть – семь часов. А в последнее время автомобильная пробка со стороны Верхнего Ларса растянулась на несколько километров, и время простоя увеличилось до трёх суток. Поток шевелился, кричал, толкался, медленно вытекая с пограничного контроля на мопедах, велосипедах, автомобилях и грузовых машинах, словно из бутылочного горлышка. Водители лепились друг к другу, не давая наглецам втиснуться в возможные просветы. А таких находилось немало. Кто-то торопился на похороны, кто-то почти умирал за рулём, у кого-то портилась продукция в фуре. Те, кому не повезло обзавестись хоть какой-то движущей силой кроме своих ног, пристраивались в авто, где имелись пустые места. Местные дельцы, чуя наживу, прытко встроились в конъюнктуру рынка, быстро наладили бизнес и, не стесняясь, взялись продавать места в очереди по сорок тысяч рублей. Что до инспектора Сахарулидзе, то он бы пропускал всех и конных, и пеших в убыстренном режиме, лишь бы люди сутками не маялись под открытым небом. Однако по давно существующим правилам пересекать границу пешком запрещалось категорически по соображениям безопасности. За годы его службы на посту ничего экстраординарного не происходило, но со слов старожилов в Дарьяльском ущелье случались селевые потоки, сход снежных лавин и другие стихийные бедствия. Да и не так-то просто одолеть своими ногами трёхкилометровый пролёт между КПП Верхний Ларс до грузинского пункта досмотра Дариали, если ещё учесть наличие багажа, узкую дорогу и два тоннеля! Зная такую ситуацию, жители Владикавказа и близлежащих посёлков из приграничных районов с удовольствием предлагали свои велосипеды и самокаты за нереальные цены. Однако даже ржавое старьё на колёсах скупали желающие, которые стремились попасть на сторону Грузии. После пограничного контроля, добравшись до первого автобуса, путешественники бросали на обочинах ненужные средства передвижения и двигались вглубь страны. В основном стремились попасть в Тбилиси. Практически никто не знал, где будет жить, чем станет заниматься, как станет искать работу и найдёт ли вообще. После прокатившейся по стране призывной волны молодые парни и мужики, бросив насиженные места, удобные кресла и привычную жизнь широким потоком двинулись в неизвестность. Они не хотели воевать.