Настигнув девушку, я вырвал айкос из ее руки и швырнул в сторону. Я посмотрел на нее с неистовым желанием, и ее глаза, полные ужаса и недоверия, смягчились от раскаяния. Не дав ей опомниться, я крепко схватил девушку за шею и притянул к себе для поцелуя. Он не был нежным. Я не был нежным. Этот поцелуй был наполнен отчаянием и страстью. Мне хотелось поглотить ее. Наши языки сплелись, зубы сталкивались от напора. Ее тело такое чертовски совершенное: тонкое и упругое. Я хотел ее всю, каждую часть. Я хотел провести с ней целую вечность.
Лера отчаянно застонала мне в рот, когда я нагнулся и подхватил ее на руки. Девушка обхватила меня ногами, не отрываясь от поцелуя. Я не заметил никаких протестов – только жажда, всепоглощающая, оглушительная.
Я чувствовал, как ее тело напряглось под моими руками, как дыхание участилось, становясь хриплым. Девушка, словно боящаяся вздохнуть, прижималась ко мне, впиваясь в мои плечи пальцами. Я прошептал ей на ухо:
– Ты такая красивая, солнце.
Она зажмурилась, и ее ресницы затрепетали. Я провел пальцами по линии ее ключиц, заставляя все тело девушки дрожать сильнее. Эта кожа: такая мягкая и упругая. Такая чертовски совершенная. Ее тело отзывалось на мои прикосновения. Я сжал ягодицы девушки, вдыхая запах ее волос. Лера слегка приоткрыла губы, шепча что-то несвязное. Я чувствовал, как ее тело трепещет, как мышцы напрягаются в предвкушении.
Черт возьми. Я не мог больше терпеть. Игры закончились. Я так сильно ее хотел, что каждый прожитый день без ощущения меня, глубоко зарытого в ней, пытка.
– Мать твою, солнце…
Мои губы опустились к ее шее. Я целовал разгоряченную кожу, кусал и засасывал, пытаясь отметить ее как свою. Я чувствовал ее тяжелое дыхание, тонкие пальцы на своем затылке, притягивающие меня к ней. Я был в раю.
– Я думала, мы будем разговаривать.
Голос Леры был тихим, ее дыхание сбилось. Обхватив ладонью грудь девушки, я нащупал пирсинг и сжал его пальцами, слегка оттягивая.
– Ах! О, Боже, – застонала она.
– К черту разговоры. Я трахну тебя сегодня, – продолжал я целовать девушку, спускаясь все ниже, чтобы, наконец, втянуть эти прекрасные соски в рот. – Прямо у этой стены, хочешь?
Я сделал несколько шагов и придавил девушку к фасаду дома, вжимая свое тело в ее. Лера продолжала крепко удерживать мою голову своими ладонями, боясь, что я могу прекратить ласкать ее. Хрена с два я это сделаю. Даже гребаный конец света не заставит меня сейчас оторваться от нее, пока мой член не будет похоронен глубоко внутри этой девушки.
– Блять, солнце…
Я провел рукой по внутренней стороне ее бедра, подбираясь к, я уверен, насквозь промокшим трусикам. И предчувствие меня не обмануло. Лера всем своим видом источала секс. Порою казалось, что я мог учуять на расстоянии запах ее возбуждения. И последние дни это происходило довольно часто.
– Черт возьми, Никит…
– Скажи мне, как сильно ты этого хочешь.
– Очень сильно…
Я прервался на мгновение, чтобы заглянуть девушке в глаза и убедиться в том, о чем она сейчас умоляла. Ее взгляд был затуманен похотью. Мать твою. Это все, что мне нужно было знать. Сердце билось в груди барабанной дробью, но я не отводил от нее взгляд. Мне было нужно видеть ее, чувствовать ее, слышать ее стоны. Блять. Я больше не мог этого выносить. Она была такой мокрой, такой податливой. Пока мой большой палец ласкал ее клитор, я продолжил терзать ее грудь. Твою мать. Эти проколотые соски сводят меня с ума.
– Мы ведь не всерьез?
Я пробурчал что-то невнятное в ответ на ее вопрос, потому что слишком был занят. Я не был здесь, в реальности. Казалось, весь мой разум отправился на другую планету.
– Это всего лишь секс, – продолжила Лера.
Ее голос был тих, слегка охрип от страсти.
– Это ничего не значит.
И теперь до меня стали доходить ее слова. Я поднял голову и посмотрел на девушку в недоумении.
– Если я сейчас тебя трахну, то ты станешь моей. Сегодня, завтра, всегда!
Последнее слово я произнес с такой яростью, что девушка вздрогнула от силы моего голоса. Я запустил пальцы ей в волосы и стянул их в кулаке.
– Считаешь меня человеком, который предпочитает одноразовый секс? Считаешь, я дал тебе это работу, чтобы, блять, изредка трахать тебя?
Лера испуганно смотрела мне в глаза, но мне было плевать. Какого хуя эта девушка ждала от меня?
– Я вернусь в Москву, как только решу здесь свои дела. Это всегда было моей мечтой. И даже ты ее не отнимешь.
Разочарование сдавило мои легкие. И чем дольше мы стояли у стены, вжимая тела друг в друга, тем сильнее злость распространялась по моей крови, вызывая зуд и раздражение. Я еще яростнее сжал ее бедра ладонями.
– Повтори! – приказал я.
– Не буду!
Лера толкнула меня в грудь, но это было не больше, чем жалкое усилие. Это все равно что пытаться сдвинуть с места бетонную стену. И мы оба это знаем. Каждая ее попытка сопротивления лишь подливала масла в огонь моего желания. Я хотел ее, хотел сильнее всего на свете.
– Ты и так все слышал!
