Главвэй какое-то время смотрел в окно, затем раздраженно смял в руке сигару и отправил метким броском в пепельницу.
– Я пойду на Воскресенский бал. – Он отвернулся от окна.
– Вот это правильное решение! – похвалил Юлий.
Вэйн подошел к чтецу, хлопнул того по плечу и поблагодарил.
– Да ладно, Невзоров. Красотка давно спит и видит тебя во снах, голову даю на отсечение. Иди успокой девушку, пока кто другой не успокоил.
Демьян в несколько шагов покинул кабинет. По коридору он почти бежал, словно спешил на пожар, когда неожиданно на очередном повороте столкнулся с… Лилией Разумовской в прямом смысле этого слова. Тела мужчины и женщины соприкоснулись.
Благоухая ароматом жасмина, Лилия подняла на Демьяна удивленный взгляд, и в небесного цвета глазах вспыхнуло вожделение.
– Демьян Тимофеевич, а я шла к вам задать один личный вопрос, – прошептала она, соблазнительно раскрывая идеальный алый ротик совсем близко от его губ. Ее руки потянулись к шее колдуна, чтобы обвить ее. В тот же момент ноги красавицы подкосились, заставляя мужчину удерживать ее еще крепче.
На этом чаша терпения видящей окончательно переполнилась, опрокинулась и ошпарила! С ее сознанием что-то произошло, потому как Тиса в один миг оказалась в десяти шагах от парочки. И в странном подвешенном состоянии. Она больше не ощущала женских рук на шее. Она вообще не ощущала тела вэйна: ни напряжения мускулов, ни стука сильного сердца в груди, ничего. Только видела этих двоих в объятиях друг друга, и это причиняло ей душевную боль. «Отстранение, – поняла Тиса задворками своего сознания, – оно все-таки покорилось».
В следующую же секунду очередной рывок вынес ее прочь из видения. У нее получилось.
* * *Снадобье от сердечной боли несложно в приготовлении. Коренья синей горечавки и валерианы, плоды красного боярышника, венчики сердцелюба, прополис. Кладем в жбан, заливаем красным вином. Крышку законопачиваем вязкой смолой. И убираем в прохладное место.
Простейшее снадобье, но даже с ним работа не ладилась. Тиса растерянно перебирала травы, перекладывала с места на место, будто не зная, что с ними делать. Приходилось пару раз заглядывать в прошлое с помощью памятован и подсматривать, как эти снадобья готовил дед Агап.
Слава Единому, Агата Федоровна не видела этого позора, поскольку удалилась вслед за Пантелеймоном за прилавок аптеки обслуживать каких-то важных посетительниц. Оставшись наедине с травами и мыслями, Войнова облегченно выдохнула. Держать лицо при колдунье оказалось делом нелегким. Выказывать же истинное состояние души девушка не хотела, как и видеть в глазах кого бы то ни было жалость к себе.
Закончив работу, Тиса устало присела на лавку и какое-то время просто смотрела отсутствующим взглядом на запечатанный жбан. Осталось снести его в кладовую. Жаль, что от ее сердечной боли нет снадобья. И почему не придумали от приворотов средств? Почему только время прекращает их действие? Что за невезение…
