– Что значит не мой?
– Ты как минимум на два размера больше.
– Ты сейчас меня жирным назвала!? – возмущается Даниэль, и я снова смеюсь. Печется о своей фигуре как баба. Кэнди тоже хихикает и обнимает его.
– Конечно нет. Просто ты немного вырос из размера M.
– Ни хрена. – Даниэль психует и идет в примерочную, а мы с Ди заливаемся хохотом. Даже Брианна начала смеяться.
Спустя несколько минут за шторкой слышится мат и Ди заглядывает внутрь.
– Я же говорила.
– Это все твои блинчики с шоколадной пастой! Как я только мог повестись на это. Не смей больше делать их.
– Но Лиззи их любит. – слышу сдерживаемый смех подруги.
– И я люблю. Нет выхода, Даниэль. Записывайся в зал тогда. – выкрикиваю я и хохочу.
Друг еще несколько раз возмущается и затем сдается. Около часа мы выбираем костюмы и потом столько же сидим в креслах, ожидая, когда закончат девушки. Кажется, за последние два часа я увидел столько платьев, сколько за всю свою жизнь не видел. Старался не пускать слюни на каждый выход Николь, но выходило с трудом. Каждый раз, она представала передо мной, и я млел. Ну невозможно быть такой… Такой, что коленки подкашиваются, а сердце громыхает, как при тахикардии. Даниэль пихает меня локтем в бок и ржет, наблюдая за моей реакцией, когда шторка начинает болтаться. Еще один ее выход и я не выдержу. Но друг сам застывает, когда выходит Кэнди. В длинном красном платье на тонких бретелях. Крутится вокруг нас, собирает волосы и откидывает их на одну сторону, открывая вид на голую спину.
– Ты в этом пойдешь? – сглатывает Даниэль и потирает переносицу.
– Ну да. А что? Плохо сидит?
– Оно шикарно. – слышу голоса Николь и Брианны.
– Оно слишком открыто. – бубнит Даниэль. – Там же куча народу будет.
– И что мне, хиджаб надеть? – подруга хмурится и дует губы. Она очень красивая в этом платье. Нет, конечно и в другой одежде такая, но сейчас… Я давно не видел ее в платье.
– Не слушай его. Он просто твоей фигуре завидует. – говорю ей, и она благодарно улыбается.
– Я сам себе завидую, что у меня такая жена. Надевай что хочешь, все равно оно вечером слетит с тебя. – чуть севшим голосом произносит Даниэль, и Ди краснеет.
– На моей свадьбе никаких потрахушек! – кричит Брианна, и Ди еще больше заливается краской.
Мы еще несколько минут любуемся платьем Кэнди, как из примерочных выходят остальные.
Брианна кружиться в белоснежном платье в пол. Приталенное, обтягивает ее фигуру, а к полу становится шире и распускается шлейфом. Я, конечно, не разбираюсь во всем этом, но выглядит вау.
Ладошки потеют, когда замечаю Николь. Платье тоже длинное, похоже на платье Ди, только цвет черный. И огромный разрез, который при ходьбе открывает одно ее бедро. Дышать становится нечем, и я дергаю себя за ткань футболки, остужая разгоряченное тело. Мать твою, она ходячая виагра для меня. До чертиков красивая. Смотрю на ее выпирающие ключицы, тонкую шею, пышную грудь и широкие бедра. Волосы все также собраны в хвост, но мои руки горят от желания стянуть с них резинку. Намотать себе на кулак, прогнуть ее в спине и….
И я встаю, вылетая из бутика, хватая ртом свежий воздух. Чертова ведьма, что творит со мной, хоть представляет?
Пытаюсь привести свое дыхание в норму и унять колотящееся сердце. Если она пойдет в этом на свадьбу, мне придется вороном кружить вокруг, чтобы никто из мужского пола не подходил к ней. Нельзя быть такой совершенной.
Как долго я смогу держать себя в руках рядом с ней? Мне до ломки костей хочется взять ее в охапку и отвезти к себе домой. Я не смогу держаться. А надо ли вообще? Она же сама говорила мне, что виноват я. Надо было добиваться, а не сбегать. Может, в этот раз все получится, и я добьюсь ее? Добьюсь ее любви и взаимности?
Фирс
Больше я в бутик не заходил, чтобы не было соблазна. Остался ждать в машине и заодно позвонил своему механику, чтобы узнать на счет автомобиля Николь. Да, я взял наглости починить ее сам, так как за весь вечер машину так и не забрали. Вчера, когда отвез Николь домой, заезжал к Доминику на работу и увидел, что машина так и стоит там.
Узнав, что она уже в рабочем состоянии, улыбаюсь и смотрю сквозь окна на девушку. Не могу держать себя в руках при ней. Как можно не касаться человека и не хотеть проводить с ним время, к которому чувствуешь бешеную симпатию? Это невозможно. Но в защиту своему здоровью скажу, что лучше играть по правилам Николь и не переходить грань. Не то что бы я боялся ее… Но в гневе она поистине страшна, и ощущать эту ярость на себе не хочется. Да, именно поэтому я оплатил ремонт ее машины, зная, как она будет ворчать на меня. Самодостаточная женщина и не без гордости.
Завожу машину, когда вижу, как друзья выходят из магазина. Даниэль тащит пакеты и хмурится, а Ди виснет на нем, как обезьянка.
– Куда дальше? – спрашиваю, стараясь не смотреть на горячую блондинку, но глаза сами стремятся. Она видит мой взгляд и закатывает глаза. Лучше бы во время секса так закатывала, честное слово.
– Ты, не знаю. А мы на футбол.
– Футбол? – переспрашиваю и хмурюсь. Не знал, что она увлекается этим видом спорта.
