— Мы несколько месяцев безуспешно пытались разгадать эту загадку. Но решение пришло только пару дней назад вместе с вашими приглашениями на дипломатический Рождественский бал. Подозреваем, ваша семья собирается идти на воссоединение…
— Они нам не семья, — перебил опекуна Адриан, — нам будет 21, это полное совершеннолетие по европейским меркам. Мы можем сами принимать решения.
— Мой мальчик, конечно ты прав, но проблема заключается в другом. Мы знаем, что вы с Артуром заключили собственную сделку, согласно которой ты по достижении совершеннолетия перепишешь свои акции в компании вашего деда, Эркерта старшего, на него. Получив твои 25 %, Артур должен был стать держателем контрольного пакета акций.
— Почему вы говорите в прошедшем времени? — Адриан нахмурился.
— Потому что Артур ошибается. После вашего изгнания Эркерт переписал завещание. Получив твои 25 %, Артур будет иметь лишь эти 25 %! Его подпись на этом документе будет означать его добровольный отказ от притязаний на остальные доли! Он во что бы то ни стало должен его подписать! — Матвей Лукич перешёл на шёпот, жестом привлекая нас к себе, — это важно! То, что я скажу дальше, не должно покинуть мой кабинет. Артур не знает об этом. Ваш дед лично говорил со мной 2 дня назад. Судя по всему, Артур подвел его, и ему снова нужны вы. А теперь я хочу, чтобы вы задали мне главный вопрос.
— Кто получит контрольный пакет… — побелевшими от ужаса губами прошептала я.
— Ты.
Чашка выпала из рук Адриана и с оглушительным звоном разлетелась на тысячи осколков.
— Твою мать… — тихо ругнулся он, опуская руки мне на плечи, — вот почему нас позвали на этот бал.
— Да, — сухо кивнул опекун, — чтобы вы могли предъявить права на наследство, вас должны официально принять в семью назад. Вы снова станете Эркертами. Вот ваши приглашения, — с этими словами опекун протянул каждому из нас по закалённому сургучом конверту.
— Слишком много чести, — прошипел Адриан, сильнее сжимая мои застывшие от напряжения плечи. — Когда Артур все узнает? На балу?
— Я не знаю, — честно признался Матвей Лукич, — но надеюсь, после того, как ваш договор будет подписан.
— Но он же убьёт Агату!!! Вы не знаете, на что он способен! Когда он все узнает…
— Он меня уничтожит, — с трудом выдавила я, поднимая глаза на брата, ища в нем защиту. Адриан обнял меня ещё крепче.
— Я знаю. Именно это и беспокоит вашего дедушку. С этой минуты к Агате должен быть приставлен телохранитель.
— Чего?! Вы что издеваетесь?! — Взвизгнула я, не веря своим ушам.
— Агата, это уже не шутки. Посмотри на свой нос! Это неприемлемо!
— Наш брат чудовище, Агат! Ты же сама это знаешь! — Вторил Адриан. — Вспомни Тео. — Он понизил голос, и, по тому, как дрожали его руки, я прекрасно знала, что только он и я понимаем истинную серьёзность угрозы, нависшей над моей жизнью.
О, я отлично помнила Теона. И я прекрасно знала, что отказавшие тормоза в его машине не были случайностью. Как знала и то, что на похоронах своего лучшего друга, занявшего единственное место от их курса в Оксфорде, слезы моего брата были не настоящими. Ведь в списке претендентов он был вторым.
Артур убил человека из-за места в университете, стоило ли сомневаться, какая учесть ждёт меня, когда он узнает, что его младшая сестра оказалась фактической владелицей многомиллиардной корпорации?
— Кто такой Тео? — поинтересовался Матвей Лукич.
— Никто! — Хором отозвались мы. О нашей роли в этой тёмной истории опекуну знать нельзя. Впрочем, как и всем остальным на этой планете.
— Агата, я хочу представить тебе твоего телохранителя. Ваш дедушка сам выделил его из своей охраны, — с этими словами Матвей Лукич нажал кнопку вызова, — Томас, зайдите, пожалуйста.
Мы как по команде развернулись к дверям, мысленно готовые испепелить взглядами старого гриба, пожертвованного мне с барского плеча Эркерта.
Но нет. Теперь моя жизнь должна была зависеть от жестокого красавца, чью машину я пинала на парковке час назад.
— Томас, познакомьтесь с наследниками вашего босса. Адриан и Агата Эркерты. — Представил нас друг другу Матвей Лукич. В дверном проёме маячила любопытная голова Макса, но я, к своему ужасу, не могла отвести глаз от мужественного лица моего телохранителя. Конечно, он узнал меня. В его глазах, оказавшихся темно-синими, промелькнуло презрение. Тем не менее, он сухо пожал руку Адриану и кивнул мне.
— Ты должна отдать мне ключи от своей машины, — произнёс его невозможно притягательный голос.
— Размечтался, — огрызнулась я, на всякий случай покрепче сжимая сумку, болтавшуюся на плече.
— Отныне ты будешь перемещаться только со мной. И только в моей машине. — Сухо повторил Томас, бесцеремонно разглядывая мой ушибленный нос.
— Я буду перемещаться куда захочу и с кем захочу, ясно? — Зашипела я, с трудом сдерживая гнев. — Главная тут я, и это я буду указывать тебе, что делать и когда. Это понятно?!
— Я должен быть твоей тенью, — потемневшие глаза Томаса метали искры. Я заметила, что мы стоим почти вплотную, шипя друг на друга, словно кошки.
— Тогда я стану твоим ночным кошмаром, — пообещала я.
