— Э, нет, братишка, ты ещё не видел по-настоящему крутых машин! В следующем году я возьму тебя в Женеву на международный автосалон в марте, и ты сам все увидишь! Но давай-ка теперь проверим, что все на самом деле в порядке с машиной Теона. Как ни крути, а стук мы действительно слышали.
Я с готовностью выполнял все приказы Артура, чей голос звучал откуда-то снизу, но тогда я не придал этой мелочи должного значения. Я поочерёдно зажигал весь свет, аварийку и заднюю передачу, но Артур все чаще требовал выжимать педаль тормоза, из чего я сделал вывод, что он проверял уровень тормозной жидкости в колёсах.
Спустя 15 минут мы вышли на свежий воздух. Артур обнимал меня за плечи и заразительно смеялся. В те минуты я чувствовал себя равным ему, почти таким же крутым, как он. Свет ксеноновых фар ослепил нас. Машина, скворча колёсами по гравию, затормозила. Я не мог разобрать, кто сидел за рулём, но по номерам опознал машину одного из охранников деда.
— Герр Эркерт! Вам пора домой! — Крикнул он мне, поздоровавшись с Артуром. — Ваша бабушка велела привезти вас и вашу сестру до полуночи!
— Но разве мы не едем с Тео за костюмом? Артур, ты же обещал! — Огорчённо проговорил я, как и было условлено.
— Не будем спорить с бабушкой. Все нормально, я поеду с вами, — Артур подмигнул охраннику и потрепал меня по голове.
Мы ерзали и хихикали на заднем сиденье автомобиля всю дорогу домой. Наш план удался на все 100 %. Агата успела подсыпать в колу Теона порошок, данный ей Артуром. Когда мы пришли за ней, его взгляд уже заволокло пеленой. Он умиротворённо улыбался, желал нам счастья и успехов, не сомневался в своих силах добиться всех намеченных целей. Артур хлопнул Тео по плечу на прощанье, и мы ушли.
Три убийцы парня добрейшей души.
Мы боготворили человека, который с помощью младшего брата слил всю тормозную жидкость из машины друга, а руками любимой сестрёнки накачал его сильнодействующим наркотиком так, что тот даже не успел заподозрить что-либо, прежде чем врезаться на скорости 120 км/ч в выкатившую из-за поворота фуру.
Артур поломал наши жизни. Он заставил жить нас с руками, по локоть запятнанными чужой кровью. Прошло почти 8 лет, а Агата по-прежнему металась во сне, преследуемая кошмарами, а я стал редкостным педантом, когда речь касалась технического состояния моих машин, никому не доверяя осуществлять ремонт или технический осмотр без моего присутствия.
Мы втроём убили человека! И нам ничего от этого не было. Мы по-прежнему здравствовали, беспощадно прожигая жизни впустую.
Утро началось с настойчивого стука вперемешку со звонками в дверь, которые не прекращались ни на минуту. Пока я тащился по коридору, мне казалось, эта барабанная дробь расколет мне мозги. Из гостиной раздавались протестные вопли Макса, молящего прекратить эти ужасные звуки.
— Доброе утро. Я за Агатой. У неё в расписании пара через полчаса, — отрапортовал стоявший на пороге Томас в костюме и двубортном пальто. Он строго опустил глаза на рычавшего Тайлера, поджимавшего хвост и с опаской выглядывавшего из-за моих ног.
— Мда? А она об этом знает? — Неуверенно протянул я, пропуская его внутрь.
— Да! Она знает! — Выкрикнула Агата из своей комнаты.
— Думал, ты не ходишь на географию, — с сомнением проговорил я, подставляя щеку под ее поцелуй.
— Я должна поговорить с Линой. Не хочу терять свою единственную подругу, — шепнула она мне в ухо.
Поравнявшись с Томасом, Агата сурово глянула на него:
— Обязательно было подниматься за мной наверх?! Или ты думаешь, что меня задушат в доме, где камеры на каждом шагу?
— Ещё две минуты, и ты опоздаешь, — холодно ответил Томас.
Я не самый наблюдательный человек на свете, но даже от меня не скрылось странное напряжение, которое невидимым лезвием протягивалось между ними.
Агата ругнулась и стала шнуровать ботинки.
В отличие от нее, мне торопиться было некуда. Мои пары начинались после полудня, так что я успел сходить в душ, растолкать Макса и накормить Тайлера, прежде чем спуститься на парковку.
Прошло уже несколько недель с того момента, как я брал волчка, но мне по-прежнему казалось, что в салоне хранился Алинин запах. Я вспоминал вечер в оранжерее, где она заставила меня думать, что я лучше, чем был на самом деле, и вертел в руках конверт с пригласительным на Рождественский бал.
Каждый день мой телефон выдерживал осаду из телефонных звонков, я мог наугад выбрать любой пропущенный, и девушка, взявшая трубку, сказала бы да. Наверняка, многие из них понимали, что звонят в пустоту. Но разве Алина была одной из них? Что в ней было такого особенного, если я не мог выкинуть эту ведьму, нет, ведьмочку, из своей головы?
Когда в телефоне зазвучал ее голос, я даже не понял, как умудрился ей позвонить.
— Ммм… да, привет, — выдавил я из себя, — ты звонила вчера, я был занят, прости.
— Не извиняйся, я все прекрасно понимаю. Но ты забыл перчатки в оранжерее, — сухо проговорила она, — они тебе нужны?
