— Забейте, пацаны, мы завтра вызовем клининговую компанию, — устало заговорил я, — оставайтесь тут, комнат на всех хватит, вторая ванная есть прямо по коридору.
— Слушай, ты случайно не видел Алину? — Из состояния странного оцепенения, в которое я погрузился, меня попытался вытащить Свят.
— Она спит, — ответил я и не смог сдержать улыбку. — Ну и хорошо, у нас сейчас не самая приятная атмосфера, — в подтверждение моих слов из ванной продолжали доноситься звуки рвоты.
Я налил новый кувшин с водой и отправился обратно к сестре. Она, в конец обессилев, лежала в руках Томаса, который теперь пытался ее согреть.
— Ну ты как? — Прошептал я, опускаясь рядом с ними, потрепав Агату по щеке.
— Мне кажется, я сбросила не меньше пяти кило, даже платье с груди сваливается, — прохрипела она, вяло улыбаясь.
Томас вдруг тихо засмеялся и уткнулся носом ей в затылок.
— Ты смотри, не влюбись в меня, а то пополнишь список моих жертв, — пролепетала она, прикрыв глаза, и добавила уже совсем шёпотом, — но лучше не уходи пока.
Агата
Сквозь сон и сквозь густой туман, клубящийся в голове, до меня доносились звуки нашей приходящей в себя после вечеринки квартиры. Где-то в глубине шумел пылесос, по коридору шлепали чьи-то ноги, из кухни за стенкой раздавались приглушённые узнаваемые голоса: Адриан, Мартин, Свят. Я пыталась услышать Эллину, но, скорее всего, она ещё спала где-нибудь.
Страшное желание умыться, почистить зубы и постоять под горячим душем вынудили меня открыть глаза. Смутные воспоминания о плачевном завершении ночи в ужас и стыд меня не повергали, в нашем кругу действовало негласное правило «не осуждай», а вот сцена с Томасом явно не вписывалась в мое понимание. Откуда в нем после всех этих нелестных сравнений со шлюхой взялось такое неожиданное чувство заботы? Я вспоминала, как он обнимал меня на холодном полу в ванной, и понимала, что мой план по его выживанию из своей жизни дал нехилый сбой.
Под ухом завибрировал телефон. Выудив его из-под подушки, я с экрана прочитала сообщение от Макса.
«Как ты?! Долго полоскало тебя вчера?»
Я улыбнулась.
«Проснулась только. Но все нормально, нам не впервой. Как там Вика? Все прошло, как надо?;)»
Я в предвкушении ждала ответа, когда обнаружила, что во всех социальных сетях мне уже пришли запросы на подписку от девушки с идеально уложенными каштановыми волосами до плеч и с большими влажными серыми глазами, как у персонажа из детского мультика. Вика. Хорошенькая и очень харизматичная, то, что надо, для темперамента Макса, хотя тактику его завоевания выбрала очень заезженную.
Мы с Элиной называли ее тактикой трёх "п": подружись с его друзьями; покажи через посты и фотографии, как увлекательно и интересно в твоей жизни; притворись, что не думаешь о нем, когда по три часа обрабатываешь каждую фотографию. Так с первого курса развлекались курицы, что хотели через меня добиться внимания Адриана, эти повадки были изучены нами очень хорошо. Хотелось верить, Вика действительно интересовалась Максом, а не его денежками.
«Можешь не отвечать:) теперь сама могу следить, какие цветы ей дарить будешь, и какими завтраками для любимого она будет тебя пичкать»
«Ты точно не против?»
«Конечно нет!»
«Все дело в Томасе?»
Вместо ответа я только фыркнула и закинула телефон в другой конец кровати. Я сползла на пол и, стараясь не коситься на чудовище в зеркале, поползла за ширму. Кто-то, надеюсь, не Томас, сотворил великое дело, вытащив бессознательную меня из платья перед тем как уложить в кровать, так что теперь оно стыдливо пряталось в углу, скрывая на подоле следы содержимого моего желудка. Я поморщилась. Подцепив платье двумя пальцами и спрятав голову в капюшон халата, вдоль по стеночке я начала прокладывать путь в ванную. Встретив на своём пути только женщину, мывшую пол, я беспрепятственно юркнула в темную прохладную ванную и скинула халат. Верхний свет я включать не хотела, так что интуитивно направилась к зеркалу, в которое была встроена сенсорная регулируемая подсветка.
В этот момент из темноты душевой кабины на меня двинулся чёрный силуэт. В моих глазах ещё отсутствовали контактные линзы, так что расплывчатое нечто надвигалось на меня волосатым мутным пятном.
От испуга и с похмелья я заорала благим матом и ломанулась к двери, срывая с крючка чье-то полотенце.
Я же не могла спасаться совершенно голой!
— Постой! — Меня пытался окликнуть знакомый женский голос. Но дверь ванной уже распахнулась, и я, полуприкрытая банным полотенцем, выпала из нее прямо в руки Адриана.
— Твою мать, кто это?! — Верещала я, ногой указывая в темноту. Рука брата хлопнула по выключателю, и нашим глазам, а также глазам примчавшихся из кухни Томаса и Свята неожиданно предстала Алина. Она стояла босая на полу, в одном полотенце. Тут мы с ней были в одинаковом положении, если не считать того факта, что ее полотенце покрывало по всему периметру, а мою же тыльную сторону загораживал собой Адриан.
