В том, что в конкурирующих кланах у Отцов, в смысле, Орлов Демократии, есть свои шпионы, я ни на минуту не сомневался. Даже рассчитывал на это. И в самом деле, зачем зря тянуть время? Ведь все равно поймут, кто именно их ограбил. Тогда уж чем быстрее, тем лучше. Кроме всего прочего, и Аймриэль придется куда меньше в подвале сидеть.
Так и получилось. Уже после обеда в гостиницу «Нейтральная» заявились парламентеры. Трое. Все игроки, начиная с тридцатого уровня и выше. Только вели они себя далеко не как парламентеры или дипломаты. Вернее, двое вообще молчали, а говорил тот, у которого уровень выше.
Старший с ходу заявил:
– Вас предупреждали, что оставят в покое только до тех пор, пока сами не нарветесь? Ну так вот, считайте, перемирие закончено. Теперь пеняйте только на себя.
– Предупреждали, – спокойно ответил я. – И о запрете на ответные действия там ничего не было. Зря вы эльфийку у нас украли, теперь пеняйте на себя.
– У вас нет никаких доказательств! – сразу, как истинный американец, заявил оппонент. – Может, ее кто-то другой украл? Или сама сбежала?
– Какое совпадение! – обрадовался я. – У вас тоже нет никаких доказательств. Мало ли кто замок обокрасть мог? Или вообще статуям надоело стоять в пыльных коридорах, вот они и решили погулять. А заодно и фонтан с собой унесли. И вообще, если бы это были мы, то я бы точно мог сказать, в какой камере подземелий сейчас сидит наша эльфийка-НПС. Но поскольку это были не мы, то не буду говорить, что второй нижний уровень, третья камера направо.
Такого ответа они не ожидали. Почему-то привыкшие нагло себя вести с окружающими считают, что по отношению к ним самим так поступать нельзя.
– Чего вы хотите? – наконец спросил главарь.
– Ты не поверишь, ничего, – ответил я. – Не вернете НПС, у вас каждую ночь статуи станут сбегать.
– Если она тебе так важна, то мы ее просто убьем, – усмехнулся противник, думая, что нашел мое уязвимое место.
Он действительно нашел. Только показывать этого нельзя ни в коем случае. Поэтому было необходимо играть выбранную роль до конца.
– Тут дело не в том, важна или не важна. Главное, не оставлять безнаказанными действия вроде ваших. Ну а та конкретная НПС, как ее там? Вроде Амиэль или похоже. Да, признаю, она верна лично мне, что весьма удобно. Только за те средства, которые предположительно появились у нас прошлой ночью, можно выкупить из рабства сотню эльфиек.
– Рабыни и проститутки верными не бывают, – усмехнулся собеседник. – Как в игре, так и в реальном мире. Можешь мне поверить, я в этом вопросе очень неплохо разбираюсь. Укрощенными до такой степени, что не сбегут даже без ошейника, да, бывают. Но это вовсе не верность, а страх. И даже если какой проститутке удается выскочить замуж за миллионера, она остается тем, кем была, и готова предать нового хозяина в любой момент.
– Верю, – пожал плечами я. – Но ты не дослушал. Если потом выкупленных освободить из рабства, то две трети будут за это совершенно искренне благодарны, треть сама опять же совершенно добровольно захочет оказать услуги, чтобы расплатиться, а примерно десяток останутся со мной и будут верны не хуже, чем… Вспомнил! Аймриэль. Таким образом, и сам ничего не потеряю, и вам урок преподам.
Мне поверили. Если не в пропорции верных эльфиек, то в готовности отомстить. Потому что сами бы рабов отпускать не стали. Тем более из призрачной надежды, что какой-то процент проявит благодарность. Зато от мести не отказались бы. Уж этого у мафии не отнять. Мафия без мести – мелкие хулиганы.
– Ты кое-что не учел, – ответил представитель Орлов Демократии.
Сделал он это после несколько затянувшейся паузы. Явно не обдумывал мои слова, а получал инструкции через личку.
– И что же?
– Честных столкновений больше не будет.
– Очень хорошо! – «обрадовался» я.
Чем сильно удивил оппонента. Тот вопросительно поднял бровь.
– «Честность» ваших предыдущих попыток сводилась либо к нападению заведомо превосходящими силами, либо к тайным ночным проникновениям. Если больше не будет ни того ни другого, я только за.
Такой трактовки вопроса никто не ожидал. Однако в осадок выпадать тоже не стали.
– Аккуратного ночного проникновения с целью пригласить на откровенный разговор одного из ваших НПСов больше не будет. Как тебе понравится, если в следующую ночь визитер просто всех перережет? И в следующую. И опять.
Противник показал, что словами играть он тоже умеет. Хуже то, что угроза была более чем серьезной. Подозреваю, если мы все останемся караулить ночь напролет, это ничего не изменит. Однако и враг понятия не имеет, как мы вынесли почти весь замок, никого не потревожив. Поэтому я мог совершенно спокойно обещать то же самое.
– Интересно, что твой подосланный убийца будет делать в пустом гостиничном номере? – с ленцой в голосе спросил я.
– Почему в пустом?
