Потерянный альбом полностью

…Не позволяет его подготовка?..

…Отрицают его стандарты?..

…Может ли дело быть в этом?..

…Может ли?..

…Или же…

…Может быть, он не состоит в нашей пиратской конфедерации…

…его «Волкмен» не нашептывает ему тайные частоты…

…более того, он вообще не слышит ничего необычного?..

…Тогда погодите…

…Погодите-ка!..

…Может ли еще быть…

…может ли еще быть…

…Мыслимо ли, что и ты не можешь меня слышать?..

…что ты меня не слышишь прямо сейчас?..

…Другими словами, что твои наушники не захвачены…

…что я не могу пробиться через твои подъемные ворота…

…что что-то фундаментально не так?..

…Или даже невыполнимо?..

…Может ли дело быть в этом?..

…Может?..

…Так опровергни…

…Давай, опровергни…

…Попробуй опровергнуть…

…В смысле, ты считаешь, этот голос у тебя в голове не прислан кем-то другим?..

…Так ты думаешь?..

…Ну тогда попробуй его остановить…

…Вот именно, останови его…

…Попробуй его остановить!..

…Попробуй от него уйти…

…Ты!: просто попробуй…

…Попробуй уйти…

…Попробуй сбежать…

…Вот именно, беги…

…Беги…

…Не иди, беги…

…Ты — тот, кто все это слушает…

…Вот именно, ты…

…Ты, тот, кто слушает…

…Попробуй сбежать…

…Попробуй сбежать от того, что, как ты знаешь, ты слышать не можешь…

… Попробуй сбежать от того, что, как ты знаешь, не может быть правдой…

…Беги…

…Беги…

…Точно — беги…

…Попробуй сбежать…

…Жалкие сволочи!.. но нет…; погодите…; прошу, просто погодите…; только послушайте…; просто погодите и послушайте…; потому что я теперь хочу кое-что сказать, кое-что должен сказать я, а где найдешь время для таких раздумий в разгар этой непрестанной, самодовольной, обиженной тирады…; когда перед лицом ваших безграничных заклинаний и предложений мне — да кому угодно — можно вставить хоть слово, когда можно вставить хоть слово о чем угодно настоящем…; о прошлом и настоящем; о нежности; об уступчивости; о бесконечных хрупких вещах; о Равеле — да, о Равеле, потому что я хочу вам сказать: человек и вправду меняется, когда работает над хитом; это правда; я это чувствую, даже когда еду по Парма-Хайтс, где я живу: просто даже нога на педали газа кажется какой-то нервной, и ребра, не знаю, как будто щекочет, и просто хочется поскорее уже добраться, добраться до театра; даже сама машина как будто ускоряется — даже «тойоте» передалось волнение, она словно так и летит; а потом, когда я наконец добираюсь до 85-й улицы, а потом сворачиваю на Евклид и вижу театр, старый добрый «Афанасьевский», то даже раньше, чем приезжает кто-нибудь еще, — когда еще нет очередей, и нет лимузинов, и нет билетных спекулянтов, и нет счастливых и, типа, ожидательно одетых людей — даже тогда чувствуешь, как в воздухе что-то разливается; видишь даже в непричастных людях, которые просто идут по своим делам по улице, просто случайно проходят под неосвещенным козырьком, но как-нибудь да реагируют на развешанные растяжки с темными буквами:

и

рядом с

и еще полдесятка; даже Кен, привыкший к таким отзывам, и то на сей раз оказался малость не готов к реакции: уже два продления, и оба — полные аншлаги, и, говорят, люди так и слетаются, просто чтобы лично увидеть этого засранца; хоть мне и кажется — если кому-то вообще интересно мое мнение, — что последняя постановка, которой он занимался около двух лет назад, будет получше: посмешнее и поразнообразнее, и отдельные персонажи на сей раз не такие свежие — но это все на мой взгляд, сами понимаете; и может — пришло мне тут в голову, — может, вся эта шумиха — просто реакция на заявления Кена, что это его последняя такая постановка — хотя никто из нас в его команде, конечно, больше не верит его привычным посулам «пора-собирать-чемоданы»; ну, может, сам Кен и верит — пока, понятно, снова не попытает удачу в Стране кино и не получит там свое обычное ни хрена: Слышь, чувак, мрачноватый ты для нас, какой-то у тебя Неформат, в театре это еще прокатывает, но на экране — да ни в жизнь, на экране это непредставимо, но в любом случае спасибо, а теперь пойди прогуляйся…; вот он и прогуливается — обратно, сюда, где все начиналось…