Потерянный альбом полностью

…но нет: эволюции нет: есть только серийная экология… Дарвин был всего лишь рекламщиком, эгоманьяком… тогда как видение нам может подарить лишь эгоманьяк без эго… так что удачи с этим… и все же эволюция остается моделью, посредством которой мы творим… она дарует вдохновение и стимул… да: Человек, Творец… деятельность, в которой каждый обязан внести свой вклад… даже я, в остальном пустышка… я, кто в остальном просто сидит у себя в гостиной, бессильно, едва дыша… вот где я могу поучаствовать… могу поучаствовать… ибо мне тоже не чужды воображения… идеализация… я тоже сочиняю сценарии… я вижу движение воображаемого по неизбежной судьбе… мои мысли захватывают зрелища и драмы… драмы в серых тонах… и твердых поверхностях… драмы о пепельных людях, лежащих бок о бок на кафельном полу офиса… в сером помещении, холодном от кондиционера… и с ощущением, как холодный твердый пол давит на животы и колени, холодный пол, неподатливый под вытянутыми локтями и подбородками… и бьющиеся пульсы, и мутный пот, и задушенные всхлипы… и беспорядочное, захлебывающееся дыхание… всех устрашенных людей, вытянутых в линию на неподатливом полу… лишь с ножками столов и пылинками перед глазами, и с доньями мусорных корзин, и обрезанными низами столов… в поту и всхлипах… а потом сапог, давящий сапог… шлепающий по линолеуму, сапог — нет, два — высокие, шнурованные и черные… и сапоги вышагивают по комнате, громыхая… большие сапоги бьют по линолеуму громовыми шагами, рассеивая пыльные облака и скрепки средь оснований металлических ножек и коротких квадратных ящиков под тяжелыми столами… затем над головой начинается пихание и грохот, и на линолеум просыпаются ручки, степлеры и завитки бумаги… на холодный, твердый линованный линолеум, на котором распластаны люди… и снова громовые шаги… и шум хлопающих ящиков, и сдвинутых кресел, и сдвинутых кресел, падающих на пол… потом стук и шорохи… и лязг металла шкафчиков, и пинки по картотекам… и снова толкание и разбрасывание… и непонятно, почему не звенит сирена… и сапог громко пинает мусорную корзину, с грохотом налетающую на металлический стол… и падение настольной лампы, и новый водопад ручек, блокнотов и скрепок… некоторые из них приземляются на руки и щеки и на копчики — хотя стряхнуть их нельзя — люди не смеют их стряхнуть… а потом броски и новые пинки, затем новые шаги, затем шлепанье шагов становится быстрее и громче и потом замолкает, и потом всхлипы, и крики, и всхлипы, и потом тишина, и потом ужасающий щелчок и…

— Боже нет боже нет боже нет боже нет бо-оже нет боже нет боже нет боже нет боже нет нет…

— и прошу и прошу не надо не надо и прошу не прошу не надо не надо…

— мое растение мой саженец мое растение вид из окна вид с веранды и Хелен и Хелен и никогда я никогда я никогда…

— но не так не так на полу как животные как шкуры как животные на полу…

— возьмите только возьмите меня я сдаюсь возьмите меня я насилуйте меня возьмите меня возьмите только оставьте только оставьте их…

— и боже о Лен дорогой Лен в конце о боже о боже бедный Лен но о Лен но Лен это я не могу это Лен это боже…

— может пожалеет может он пожалеет он подумает или пожалеет жалкий ничтожный жалкий ничтожный в рвоте боже рвота смотри смотри на жалкого смотри на жалкого смотри смотри…

— и схватить и схватить быстро лодыжку вниз плечо и упадет залезть хватать бить и тогда все тогда все сверху так что давай так что давай так что…

— мне в голову мне в череп сквозь ладони мне в череп сквозь ладони этого не может я не могу этого не может этого не может…

— вот говно на мне на боку мокро его гребаное говно говно на мне на его он на мне на мне говно ему…

— до конца видимого и конца срочности, до чистейшего нового глотка независимости, света, с растущими и сплетающимися гибкими звуками, с…

— хотя они стояли у канав просто ждали и думали просто стояли и смотрели в канавы молча и со страшным видом ждали не бежали не боролись не бежали не бежали потому что одни куда они могли куда они могли деться…

— так теперь расскажите мне расскажите мне я дожидался так расскажите мне о жизни ожидания и как потом видишь последовательность видишь барку у причала готовую и ждущую погрузки так теперь расскажите мне теперь расскажите мне теперь расскажите мне…

Приветик…

— Просто думала, тебе будет интересно, что у моего окна поет зяблик — заливается дешевыми трелями и бодрыми каденциями, — пристроившись на округлой ветви…

— Хотя песня, если прислушаться по-настоящему, на самом деле скорее визгливая…

— Просто думала, тебе будет интересно…