— Ты не хочешь взглянуть на частичку себя? Пусть он не закончен, но все же прекрасен, как и его хозяйка. Он твоя защита, как от врагов, так и от направленной магии. Подойди, — и воин протянул руку, призывая жрицу вернуться. И она вернулась.
На гладкой, ровной поверхности наковальни лежал продолговатый кусок стали, уже обретший очертания клинка. Сердцевина кинжала приветственно загорелась алым свечением, и клинок рванул с места, вращаясь. Сделал один круг и застыл, рукоятью смотря на растерянную фигуру в капюшоне.
— Он просит тебя.
— О чем? — не сводя взгляда с оружия, поинтересовалась жрица.
— Просится в твои неопытные руки. Он хочет защитить, — на этом волшебная атмосфера была разрушена, и маг перешел с шепота на обычную речь, — до завтра я закончу. На рукоять лягут багровые рубины, а по лезвию я пущу вязь, отображающую две стихии — пламя и воду.
— Хорошо.
— Так кто там требует аудиенции? — маг накинул темно-зеленую рубаху и белый колет, расшитый зелеными нитями. Ворот он не стал застегивать, а оставил шею обнаженной. Впрочем, как и всегда.
— Кельпи. Они хотят под твою защиту.
— Ха, еще чего. Я же отказал им уже.
— Они придумали что-то новое. Из их разговоров я поняла, что жить в долине они не собираются. У них есть место, но оно слишком опасно.
— И кони рассчитывают, что хозяин Долины махнет ручкой и все их проблемы улетучатся?
Кашир неспешно застегивал кожаную перевязь. Два длинных изогнутых скимитара плавно легли в сильные ладони, а потом лезвиями вниз со свистящим звуком вошли в ножны.
— Думаю, будут торговаться. Кельпи предложили мне выбрать себе верного товарища из своих рядов.
— Ты согласилась? — маг оторвался от переплетения косы и вскинул одну бровь, выражая удивление.
— Не согласилась. Но, не смотря на отказ, мне пообещали, что любой сын из рода Гарцующих в глубине всегда готов стать моим боевым другом.
— Гарцующие в глубине говоришь… — маг на секунду задумался, потирая подбородок, — это не знатный род. Значит воины, — констатировал он и весело улыбнулся, — тебе повезло дорогая, они лучшие бойцы, к тому же жрецы по мужской линии.
— Ура мне, — не весело отозвалась девушка, стоя возле выхода, — за сегодня у меня уже два подарка и оба предназначены для сражений. Великолепно! Прям не жрица, а бравый солдат. Похожа?
Полы плаща разошлись в стороны, двигаясь за разводимыми руками, давая возможность рассмотреть длинное в пол синее платье, расшитое серебром и с высоким воротом.
— Вылитый тролль секач, — усмехнулся маг, — веди к нашим водяным друзьям.
Две фигуры покинули кузнецу, отправляясь на позднюю встречу с речным народом, что в скором времени станет союзником.
Редко пробивающийся сквозь плотный строй облаков месяц освещал путь земным жителям, чтобы через мгновение снова трусливо скрыться за тучами-стражами. Зато второй спутник ярко светил почти полным своим обликом. Мало кто мог предположить, что уже завтра зародится самый прекрасный речной город всех миров.
Только побывав в чужой шкуре, начинаешь ценить собственную!
Какой странный сон. Обрывки виденного в забвении не давали мне покоя. Все родившееся во сне было размыто, и улавливался лишь общий образ происходивших действий. Наверное, я слишком взволнована последними событиями и вижу всякую несуразицу.
— Дана, ты вообще слушаешь меня?
Кайа подо мной уже нервно прядал ушами. Неудивительно! Его занудный зверобратец увязался за нами, чем я была жутко недовольна. А вот мой конь, в прямом смысле, скакал от счастья. На этой почве мы разругались и перестали разговаривать вообще. Тут-то и нахлынули нечеткие воспоминания о странном сновидении.
— Чего тебе, мелкий?
— Дана, я уже четыре раза предложил тебе перемирие за прошедшие пятнадцать вар, а ты пялишься в одну точку, покусываешь губу и мычишь что-то непонятное. Ты меня так игнорируешь?
— Ты не центр мира, мелкий! — я потрогала припухшую от постоянного покусывания губу, и от того жутко ноющую.
— Говорю же, все еще дуется, — вклинился феникс.
Рядом ехала повозка с раненым василиском, нашими вещами и Ласканом, которому не досталось лошади. Зато Алкаю, после долгих уговоров и просьб, вернули найденную кобылку тяжеловоза, что тащила наши вещи от самого Цветка волка.
Ласкану, в отличие от оборотня, не повезло. Он остался без коня. Вороной был прекрасным боевым товарищем, и по рассказам я узнала, что от гибели оборотней спас именно мой конь. Он резво бросился на карателей и не дал им добить несчастных. Магия на Вороного не действовала — в чем может быть виновато животное? Как оказалось, не в чем, а значит и мучать его адской болью раскаяния каратели не смогли. Просто по старинке зарезали бесстрашное и благородное животное. Изверги!
Результат: Паля досталась Ваньке, а феникс не захотел повторения летной школы и решил ехать с комфортом, пусть и сомнительным.
— Я не дуюсь. Я просто не понимаю, зачем этой зверолошади сдалось ехать с нами? Ты в порядке, даже сохранил способность перевоплощения в человека. Что ему еще нужно? Ехал бы своей дорогой.
