О, а вот и венценосная сущность Ласкана проснулась. Он у нас принц, и свое достоинство не уронит.
— И это точно не перенос сущности.
— С чего ты взял? — это новая версия меня вклинилась в обсуждение.
— Сущность — это то, кто мы есть. Ты банши, ею и остался. Широ — феникс, и при повреждениях все так же сгорает розовым пламенем. При переносе сущности все наши возможности остаются с нами, прибывая в чужом теле. Сейчас все наоборот.
— Может перенос душ?
— На перенос душ тоже не похоже. Тогда бы тело было просто оболочкой без памяти, без особых возможностей, простой сосуд. Но реальность, увы, не такова.
— Слушай, а помнишь, один ненормальный маг живший затворником в Валларских горах поменял местами сущности собаки и человека. Тогда собака так и не заговорила, а человек со временем стал понимать речь и даже общаться отрывочными фразами. Вдруг у нас что-то похожее.
— У нас другая ситуация, Дана. Чушь не мели.
— Я — Ласкан. Сам не знаешь, что натворил, а на других кидаешься. Поубавь свою пылкость вислоухий.
— Хочешь схлопотать парочку шлепков или пробежку тебе устроить? — голос Тара-эльфа зазвенел.
— Вроде сущность другая, а все такой же изверг!
Ну и идиоты. У них все под носом, а они ходят вокруг да около и никак не соизволят поднять принесенное на блюдечке решение. Какие же они пустышки.
— Я так понимаю, Ласкан про мага не мог знать, так же, как и Тариван. Об этом известно было только нам с Широ. А мы сейчас в других телах. Вывод.
— Не может быть!
Ошарашенные лица и один осознанный взгляд.
— Су, неужели обмен сознанием? То есть сознанием, коим оно было в момент перенесения. Чистое сознание.
— Именно.
— Но почему так произошло?
— А потому, мой безразличный ко всему маньяк, — все так же сижу на травке, широко расставив ноги и небрежно подперев рукой подбородок, — при смене ауры нас было семеро, а при обратном ритуале — шестеро. Круг был разорван. Вся процедура пошла наперекосяк.
— Нужно срочно вернуть все как было!
— Это невозможно.
— Но почему? — не вытерпел, до сего момента молчавший Широ.
— Я устала, — как меня сейчас ненавидели, — к тому же, в ближайшие трое суток перенос не возможен. В противном случае, мы рискуем разрушить собственное сознание. Нельзя так часто играть с серьезными вещами.
— Тогда сделай сознания устойчивыми к чужеродной среде, — и снова моя заумная личность, — чужие сущности подавляют чистое сознание, и, в конце концов, мы станем второй версией друг друга, при этом потеряем себя навсегда. Я не хочу остаться банши до конца нашего мира. Вместо своих привычных воспоминаний я вижу твои, а собственные находятся в густом тумане. Нужно срочно оградить нас от этого разрушающего воздействия.
— Так ограждай, я не против.
Будто я обязана спасать их бесполезные сознания.
— Милая, — так бьется хрусталь, но уж точно не звучит голос, — хватит строить из себя властелина мира. Я точно знаю ход твоих мыслей, потому что они мои. Так что спускай свою задницу с пьедестала на землю и ставь блок на наши сознания. Терять столь многое из-за твоего безразличия не входит в мои планы. Шевелись, неосознанка!
Ладно уж, поставлю блок. Опасность от Тара исходит реальная, а не наигранная. Тут не стоит полагаться на вновь приобретенную неуязвимость, тем более, когда врагу известны все твои недостатки.
— Мертвый цветок бутоном обернется, чистое сознание в изначальное вернется.
Дрожь по всему телу, темнота в глазах и обморок. Хорошо, что еще на земле сидела, а то точно выбила бы последнее сознание.
Ласкан зи Верт Нало
За что мне это! Ну почему, как только я связался с банши, вся моя жизнь резко пошла под откос, да еще с какой скоростью! То ненормальный в палача превращается, то дружки вооруженные до зубов, а под конец и вовсе каратели нарисовались. А сейчас этот маньяк устроил нам яичницу болтушку из сознаний и расфасовал по первым попавшимся тушкам.
Первые вар пять меня охватила все нарастающая истерика. Как оказалось, Дана тоже личность впечатлительная, вот и получили истеричку в квадрате. Хвала чудесному качеству банши легко перескакивать с одной проблемы на другую, которая не замедлила явить свой лик дезориентированному люду (не, не так, скорее нелюду!). С проблемой поглощения чистого сознания справились. Ух ты! Сам поражаюсь, какие нынче словечки выскакивают из заумного разума ученой плакальщицы. Видно, уже частью слившись с сущностью, обитающей в теле, часть знаний и чувств хозяина разума остаются у вторженца даже после блокировки сознания. О как загнул! Но суть такова: знаю, что знает Дана, чувствую, что чувствует она, и веду себя также. Правда, частично. Все же слияние было прервано. Не так уж и плохо. Только пока я внутренне сканировал свое состояние, случилась еще одна неприятность, и тут уже никто не знал, как нам теперь быть. А быть нам придется в чужих шкурках и о-о-о-очень долго.
— И что теперь, Тариван? — я озвучил мысли всех присутствующих.
— Что-что, а ничего. И тупому троллю ясно, что мы бессильны. Остается ждать.
— Давайте шарахнем чем-нибудь по башке, вдруг все на места вернется, — это уже эльф в моем теле выдал.
