Сэйс Нотебоом (р. 1933) — знаменитый нидерландский поэт, прозаик и эссеист. В «Тексте» выходили его романы «Ритуалы», «День поминовения», «Филип и другие» и книга путевых очерков «Красный дождь». Герои «Потерянного рая» беспрестанно перемещаются — то во времени, то в пространстве. Перебивая друг друга, они рассказывают свои истории, блуждают по миру, перелетая из Бразилии в Австралию, из Голландии в Австрию… Неожиданные повороты сюжета держат читателя в напряженном ожидании, а остроумие автора, его парадоксальный стиль доставят радость ценителю хорошей прозы.
У Пауля Клее есть картина «Новый ангел». Ангел на ней готовится воспарить с холста, на котором изображен. Рот приоткрыт, глаза распахнуты, крылья расправлены. Так, должно быть, выглядит ангел истории. Лицом он обращен в прошлое. Туда, где человеку видны лишь не связанные друг с другом события, а ему — предвестники вселенской катастрофы, ведущей мир к хаосу и распаду. Ангелу хотелось бы остановить ход времени, чтобы, возвращая к жизни умерших, попытаться собрать из обломков разбитое целое. Но крылья его наполняет ветер, дующий из рая, ураган невиданной силы, с которым даже ангелу не справиться. Принесенная им гора обломков, вырастающая до небес, убеждает ангела в неотвратимости будущего, к которому он повернут спиной. Этот-то ураган мы и зовем прогрессом.
The pronoun I is better because more direct.
Маленький самолет «Dash-8 300». Только небу известно, на скольких типах самолетов я летал, но на «Dash» никогда еще не приходилось. Пассажиров мало, поэтому салон небольшой машины кажется просторным. Место рядом со мной никто не занял. Немного нашлось желающих лететь из Фридрихсхавен в Берлин-Темпелхоф. Маленькую группу пассажиров провели от низкого здания аэровокзала к самолету прямо по полю, теперь это редко бывает. Мы заняли свои места, но самолет все не взлетал. Светило солнце, дул легкий ветерок. Командир сидел, покачиваясь в кресле, я прислушивался к переговорам второго пилота с диспетчерской. Те, кто часто летает, привыкли к беспечному виду летчиков.
Двигатели еще не запущены. Некоторые пассажиры читают, другие глядят в окошки, где, собственно, ничего не происходит. Мне не хочется читать, и я листаю журнал авиакомпании. Самореклама, краткие сведения о городах, куда они летают: Берн, Вена, Цюрих; перечень входящих в моду сувенирных изделий австралийских аборигенов, которые можно купить в их tax-free: картинки на камнях, куски древесной коры, расписанные яркими орнаментами. Потом — небольшая статья о Сан-Паулу: панорама города, небоскребы, дворцы богачей и, конечно, живописные кварталы бедняков:
Длинноногая, в мужских брюках хаки, которые только добавляют ей женственности. Сильные руки, на которые я обратил внимание, когда она распаковывала книгу, завернутую в темно-красную бумагу, скрепленную скотчем. Скотч не отклеивался, и она нетерпеливо разорвала бумагу. Я украдкой продолжал наблюдать за ней. Подглядывать за незнакомцами, которые об этом даже не подозревают — одно из величайших удовольствий путешествия. Она раскрыла книгу так быстро, что я не успел прочесть заголовок.
