– Странно?! – Ярославцев в задумчивости потер гладко выбритый подбородок. – Как ты считаешь, Анюта, почему он оказался именно на «взлетке»?
– Хотел вывести из строя флай, но не успел.
– Ты уверена, что он убит, а не шастает где-нибудь по кубрикам или ярусам.
– Я лично всадила в него пол-обоймы. Он упал, задергался в конвульсиях, а потом словно испарился, оставив только царапины от когтей на вакуум – бетоне. Кровь на плитах не его, она из распоротого предплечья Андрианова.
– Камеры слежения зафиксировали нападение?
– Не знаю сер. Не успела проверить. Сейчас посмотрю.
– Что скажешь, Дормидонтыч? – Константин повернулся к Ратибору, который внимательно изучал царапины на отполированной поверхности плиты.
– Есть смысл взять фрагменты из борозд, подвергнуть их анализу на присутствие ДНК и биологически идентифицировать нашего незваного гостя. А между нами «мальчиками» говоря, – Ратибор, чтобы больше никто, кроме Константина его не услышал, перешел на шепот.
– Не нравится мне все это командир. «Чужой» на базе – первый случай в моей служебной практике. Преодолеть систему защиты сооружения практически невозможно.
– Но убийца-невидимка преодолевал ее, и не раз, – возразил ему капитан.
– Здесь особый случай сер! Аннушка первой же очередью завалила его.
А наш легендарный Потрошитель при любом противодействии оставался неуязвим. Бьюсь об заклад, все записи на камерах слежения при проверке окажутся стертыми.
– Вы угадали капитан! Я уже успела их осмотреть. Вся электронная начинка сплавлена мощным электрическим разрядом. Кстати, именно он и привлек мое внимание. Согласно табеля поста я несла службу не внизу, а на причале. Вдруг, вспышка, треск, и чуть погодя вскрик Андрианова. Я к ограждениям! Геннадьевич распластан на плитах, а нарушитель стоит над ним, водит мордой по сторонам и принюхивается.
– Как он выглядел Анюта? – Ярославцев осторожно соскоблил штурмовым ножом пробы с бетона и запаял их в пластиковый пакет.
– Какой-то дегенеративный монстр. Среднего роста, туловище и ноги человека, лапы большой кошки, а голова кабанья, с гребнем и клыками.
– Белиберда! Тебе случайно не померещилось? – засомневался Ратибор.
– Трех секунд до момента открытия огня больше чем достаточно чтобы разглядеть в кого стреляешь! – обиженно пояснила Грызлова.
– Благодарю за службу, рядовой! Продолжайте выполнять свои обязанности по охране и обороне объекта. А вы, Дормидонтов, усильте пост, кем ни будь из Славян.
– Служу Федерации! – приняла строевую стойку часовая.
– Будет исполнено сер, – приложил руку к берету капитан.
– Я в лазарет, к Власову и Волкову. – Пояснил Ярославцев, разглядывая на просвет крошки бетона в целлофановой упаковке.
Оба эскулапа встретили начальника в реанимационной палате и, судя по спокойному выражению их лиц, Константин сразу понял, что жизни Андрианова уже ничто не угрожает.
– Сер! Пострадавшему в данный момент оказывается квалифицированная помощь. Мной поставлен окончательный диагноз: перелом основания черепа и многополосная, рваная рана предплечья. Сейчас рядовой Андрианов проходит курс интенсивной терапии и будет полностью излечен через два с половиной часа, – коротко и оптимистично доложил Власов, прихлебывая кофеек и дожевывая бутерброд с колбаской.
– Вадим Леонидович, что бы мы без вас делали! – не поскупился на похвалу Ярославцев.
– Раньше, с таким ранением, при самом благоприятном раскладе, боец мог проваляться в постели не менее двух недель, – поддакнул Волков.
– Господа, – Капитан достал из кармана пакет, – мне необходимо, чтобы вы, как можно быстрее, провели анализ отобранного на месте происшествия образца, и по выделенному ДНК определили, что за существо, совсем недавно, похозяйничало на космодроме.
– Без особых сложностей, Константин Сергеевич. Оформим в лучших традициях Лондона и Парижа. – Власов забрал пробы и, не мешкая, внес их в маленькую лабораторную камеру.
Затем быстро и профессионально сделал на анализаторы мазки и, постучав на клавиатуре, указал рукой на экран монитора:
– Пожалуйста, полюбуйтесь. Обыкновенный гомо – золотариус.
– Вот это номер! – Ярославцев аж сощурился от удивления. На изображении присутствовал нормальный, без каких либо видимых физических аномалий, туземец. – А ошибка допустима? – всерьез засомневался капитан.
– Она просто невозможна! – категорично возразил ему Власов, и хитро поинтересовался: – А в чем нестыковка?
– Да в том, что Грызлова расстреляла из автомата совершенно другой объект.
– Сер меня тоже гложут сомнения, – участливо поделился с ним своими соображениями Волков, – и основаны они вот на чем: судя по характеру ран на предплечье, Андрианова атаковал не человек, а какой-то крупный зверь, – он продемонстрировал Ярославцеву компьютерные снимки поврежденных участков пациента и попытался подробно расспросить его об инциденте: – Константин Сергеевич скажите, пожалуйста, кроме устного свидетельства Анны Васильевны имеются ли еще какие ни, будь улики?
– К моему великому сожалению нет, не считая вот этих проб… Возможно Андрианов, что ни будь, вспомнит, когда придет в себя?
