— Бесспорно! — согласился Ярославцев, с трудом ослабив хватку. — Однако сейчас не время для обмена претензиями. Лучше расскажи мне о пророчестве, Унге.
— Мой дед, Красный шаман Юмангенчи, был Верховным жрецом шестнадцати крупнейших кланов. Именно теперь понимаешь, как хорошо, в те времена, мы жили… Потом с неба упала яркая звезда, и в стойбище пришел человек, схожий по обличию с вами. Он провозгласил себя Богом Неба и потребовал лучшее: лучший скот, лучшие украшения, лучших женщин… Дед публично осмеял его, и с позором прогнал проч. Но ночью в одном из наших родовых селений произошли страшные события. С гор спустился треглавый дракон и убил всех, от младенца и до старика. В ту же ночь у Юмангенчи было ведение, о котором он рассказал поутру соплеменникам. Он поведал, что пришелец жесток и могуществен, и мы должны подчиниться ему, иначе очень скоро все умрем!
Свое безграничное могущество, неуязвимость и силу он черпает из волшебного напитка, и все попытки убить его ни к чему не приведут, потому что он бессмертен. Народ очень скоро испытает величайшие потрясения. Смерть станет гулять меж родовых костров и заберет с собой каждого второго.
Всеми овладеет безумие. Шаманы отрекутся от истинной веры и пойдут в услужение… — Хватит молоть белиберду! — оборвал его повествование Константин. — Где скрывается пришелец?
— В «Стойбище Мертвых». Самый большой каменный шатер.
— Почему ты раньше не сказал мне об этом?!
— А ты и не спрашивал.
— Логично! Но откуда у тебя появился волшебный напиток? Только коротко.
— Мой отец убил одного из его прихвостней, и завладел некоторым количеством этого чудодейственного зелья. За это он был, подвергнут жесточайшим пыткам и умерщвлен.
— А ты, случайно не знаешь, сколько еще осталось «Волшебного огня» у Небесного зла? Как он его получает, и от чего зависит продолжительность действия этого чудо напитка.
— Нет. Но дед в своем пророчестве упоминал, что во время битвы двух драконов их силы будут равны.
— Кто победит?! Я или он?
— Все зависит от тебя о, Великий.
— Неси сюда это зелье. Быстро. Все, сколько у тебя есть! — нетерпеливо приказал Ярославцев.
Унге зашел за выступ выщербленной ветрами гранитной скалы и, прокаркав заклинание, исчез.
— Ловко, ничего не скажешь! — Костя потер переносицу.
— Вы о чем, капитан? — Елена зорко следила за местностью, небрежено поигрывая предохранителем автомата.
— Не о чем, а о ком. О Воскобойникове, чума его забери! Ведь каков фрукт?! Объявить себя живым божком. Ни больше, ни меньше…
— Он наверняка начитался исторических хроник. Схожих ситуаций в них пруд, пруди. Я бы на его месте, без сомнений, поступила точно также.
— Неужели, кровожадная моя, вам бы хватило духу отправить на верную смерть тысячи, ни в чем, ни повинных людей?
— Нет, капитан! Я провозгласила бы себя императрицей, как допустим, та же Клеопатра, и управляла планетой по-женски, мудро и справедливо. Развивала бы культуру, образование, ремесла, и медицину.
— Ну, ну! На ложку два горошка?! А куда, в таком случае, наша Василиса — премудрая, дела бы комбинат? Неужели смирилась бы с варварским разграблением природных ресурсов своего царства — государства. Я ведь не Гай Юлий Цезарь, за одну ночь уж всяко, не бросил бы к вашим ногам половину Римской империи. Да и подкупить меня не возможно.
— Нахал. — Беззлобно прыснула в окоченевший кулачек девушка.
Шаман появился столь же внезапно, как и исчез, и подобострастно преподнес Ярославцеву тыквенную флягу.
— И это ВСЕ?! — откупорив горлышко и взболтнув, не удержался от возмущения капитан. — Опять только горло прополоскать?
— Один хороший глоток, — назидательно поправил его Унге и пояснил, — столько осталось. Великий Крейше не должен беспокоиться.
Ни ты, ни «Огнеликий» не сможете выпить за один раз больше. Убей его, как только действие напитка закончиться!
— Твои бы слова, да Богу в уши, — смирился с неизбежным Ярославцев и, не простившись, решительно направился к флаю.
Он хорошо знал, где находится это проклятое место. Золотарцы называли его «Стойбище мертвых» и верили, что души соплеменников, обретают там вечный покой, поселяясь в многочисленных, полуразрушенных и присыпанных песком, пирамидах.
Согласно разрозненным преданиям, много веков назад, в самом, центре пустыни, жила достаточно развитая цивилизация. Город из маленьких и больших пирамид строили на подземном, пресном озере, которое сохранилось до сих пор. Тем более что легкий в обработке ракушечник залегал тут же, неглубоко.
Предшественники скотоводов жили большими коммунами. Социальная структура общества очень напоминала земной муравейник, с одним несущественным отличием: все способные к деторождению женщины занимались воспроизводством потомства, в то время как мужчины всесторонне ублажая их, обеспечивали этот жизненно важный процесс.
За три тысячелетия до появления сведений о первых скотоводческих племенах, пирамидальная цивилизация в одночасье прекратила свое существование.
