— Не бравируй и не «лезь в бутылку», книжки здесь совершенно не причем. Просто, какой ты была, такой и осталась — безумно красивой, своенравной и взбалмошной.
До прихода в отряд Поленцовой, меня вполне устраивала роль твоего любовника. Но малыш! Мы ведь настолько разные, что нам с самого начала нужно было не мериться характерами, а принимать друг, друга такими, какие мы есть. Быть терпимее, искать точки соприкосновения, в конце концов, подстраиваться друг под друга. Не отрицаю, в том, что сейчас произошло, есть и моя вина.
— Ну, уж нет, увольте! «Подстраиваться…». Я не собираюсь плясать под твою дудку! НИКОГДА!!! Мне нравится заниматься творчеством. Я обожаю поклонников, сигары, шумное общество, хорошее вино. А твое заунывное брюзжание о семейном счастье возле домашнего очага с кучей сопливых, вечно орущих детей, мне всегда действовало на нервы.
— Не спорю! Каждый из нас имеет право на свою частичку счастья. Да и время неумолимо движется вперед, и все, вокруг нас, да и мы сами, стремительно меняется.
Через полгода у тебя заканчивается контракт, и голову даю на отсечение, ты сразу же понесешься завоевывать высоты шоу-бизнеса. До конца с отрядом, ты не пойдешь не при каких обстоятельствах. Даже в проекте «Нирвана» ты участвуешь просто так, за компанию. А ведь он вся моя жизнь! Ну а теперь давай представим себе хотя бы на миг, что твоя заветная мечта вдруг сбудется. Просто произойдет чудо, и наша Золушка стремительно раскрутится и превратится в золото — голосую королеву.
— Клянусь страховочным фалом, так оно и будет! — с воодушевлением заверила начальника Веселова.
— И кем я тогда стану при дворе твоей особы? Верным стражем-вышибалой или «мальчиком на всякий случай»?
— Моим продюсером. Шоуменом. Да мало ли?
— Где ты слов та таких успела набраться? Я же в этом ничегошеньки не смыслю.
— Научиться можно всему! Было бы желание.
— Оленька пойми! Я никогда не вернусь в мир, который превратил меня в животное. Я хочу создать семью, жить и в спокойствии растить своих детей. Мне надоело мотаться по Внеземелью в поисках «военного счастья». Ты же напротив, совсем не горишь желанием стать хранительницей нашего домашнего очага. Кухня, дети, пеленки совершенно не твоя стихия. И получается, что каждый из нас пытается по-своему устроить свою судьбу и не собирается ни под кого подстраиваться. А признаться, друг, другу в этом нам просто не хватает смелости.
Этот случай очень точно описали древнекитайские философы, заключив его в весьма поучительное изречение: «Двум тиграм никогда не ужиться в одном лесу». Или я в чем-то не прав?
— Ярославцев, ты мудр как сова. — Согласилась с его доводами Веселова. — Но все равно обидно до соплей!
— И мне обидно расставаться с такой привлекательной девчонкой! Не сомневайся, я помню каждый наш поцелуй и никогда ничего не забуду. Ты часть моего прошлого. Моя первая любовь, мое обожание и счастье. Но самое главное лапушка моя, чтобы между нами не случилось, я никогда и не при каких обстоятельствах не нарушу нашей клятвы. — Константин показал ей шрам на левом запястии.
— До гробовой доски! — дрогнувшим голосом откликнулась Веселова и, смахнув умиленную слезу, отсалютовала своим порезом.
— Братство кадетов — нерушимое братство!!! — хором проскандировали космопехотинцы и примирительно обняли друг, друга.
— Странно, — облегченно шмыгнула носом девушка, — я шла скандалить и рвать с тобой отношения на всю оставшуюся жизнь, а в результате получила полную свободу и еще сильнее укрепила наш союз. До свидания мой маленький Принц. — Она проникновенно поцеловала его в лоб, — Ты самый лучший Принц на свете. Никого не слушай и оставайся таким, какой ты есть. А Золушке? Золушке пора готовиться к праздничному концерту.
— Притормози Белошвейка. — Ярославцев стиснул ее маленькую прелестную ручку в своих больших, заскорузлых от постоянных тренировок, ладонях.
— У меня для тебя приготовлено еще одно весьма существенное пожелание. Хочешь, верь, а хочешь, нет, но разрыв с тобой, не смотря на демонстрируемое безразличие, дался мне весьма не просто. И поэтому я надеюсь, что в этот раз ты уже точно не упустишь свой шанс, и самым серьезным образом займешься подготовкой к штурму своего заветного пьедестала.
— Не сомневайся! В клочья всех порву, но стану знаменитой певицей.
— Верю! А теперь ступай, моя радость.
Константин проводил ее взглядом и связался с дежурным по базе:
— «Центральная»?
— «Центральная» на приеме.
— Шарлота. Я на космодроме. Провожу осмотр рейдовой группы. Задержусь там примерно на полчаса.
— Принято, мой капитан.
— Вот они, орелики! Шилом бритые, ломом подпоясанные, исполнять любой приказ готовые. — Шутливо представил участников предстоящего разведрейда Дормидонтов, надеясь хоть немного развеселить начальника.
Однако Ярославцев не оценил его старание и вопреки ожиданиям устроил подчиненному небольшой нагоняй:
— Ратибор Изъяславович! Мне Ваше шилобритие вот где сидит! — Константин провел ладонью по горлу. — От прошлой группы остались рожки, да ножки. А уж в ней были ребята, один пятерых стоил!
