Потерянный разум полностью

Ципко с гордостью заявляет, что он принадлежал к числу активных разрушителей “империи зла”: “Мы были и до сих пор являемся идеологами антитоталитарной — и тем самым антикоммунистической — революции… Наше мышление по преимуществу идеологично, ибо оно рассматривало старую коммунистическую систему как врага, как то, что должно умереть, распасться, обратиться в руины, как Вавилонская башня… Отсюда и исходная, подсознательная разрушительность нашего мышления, наших трудов, которые перевернули советский мир” (“Независимая газета”, 17 мая 2000 г.).

Здесь замечательно четко выражено, что идейный мотор антисоветизма “партии Ципко” — страсть к разрушению. Чистый “ленинист” вступал в союз с заклятым врагом марксизма — ради сокрушения советского строя. Были даже такие, для кого главным врагом был военно-промышленный комплекс его собственной страны! И эта разношерстная “партия” сознательно и определенно предложила свои услуги противнику СССР в холодной войне. Предложение “было с благодарностью принято” Рейганом и папой римским.

Ципко верно оценивает результаты: “Борьба с советской системой — по крайней мере в той форме, в какой она у нас велась — привела к разрушению первичных условий жизни миллионов людей, к моральной и физической деградации значительной части нашего переходного общества”. Физическая деградация части общества — это, надо понимать, гибель людей. По последним уточненным данным, только к 2001 г. эта “неестественная” гибель составила в РФ 9 миллионов человек. Таков “христианский патриотизм” нашего гуманиста.

Сегодня Ципко ругает “КПРФ, которая паразитирует на ностальгии об утерянном Советском Союзе”. Он пишет: “Патриотическое движение, которое связывает себя с ностальгией о [советском строе], теряет все,… самое главное, свой моральный авторитет, свою нравственную основу”.

В чем же гуманизм и нравственность Ципко, о которых он разглагольствует? Разве он не знает, каково отношение людей к советскому строю? Вот что сказала его соратница по подрывной деятельности академик Т.И.Заславская в октябре 1995 г.: “На прямой вопрос о том, как, по их мнению, в целом идут дела в России, только 10% выбирают ответ, что “дела идут в правильном направлении”, в то время как по мнению 2/3, “события ведут нас в тупик”. Именно те же 2/3 россиян при возможности выбора предпочли бы вернуться в доперестроечное время, в то время как жить как сейчас предпочел бы один из шести”127.

Это — установки людей, которые на зуб попробовали и советский строй, и “гуманизм по Ципко-Чубайсу”. Но интеллектуал Ципко плевать хотел на эти их выстраданные установки. Он — Наполеон, а не тварь дрожащая, он имеет право железной рукой гнать этих людей к математически вычисленному счастью — миске похлебки в бараке периферийного капитализма.

Отвлекусь теперь от “парадигмы Ципко” и даже от нашей темы. Намечу структуру той проблемы, которую можно обозначить так: “Причины относительной слабости патриотического дискурса в нынешней России”128. Речь идет о системе причин и условий, в которой отдельные факторы взаимодействуют кооперативным образом. Это значит, что влияние их совокупного действия намного больше суммы влияний всех факторов, взятых по отдельности. Поэтому трудно или даже в принципе невозможно определить “вес” каждого отдельного фактора (скажем, мрачности Проханова или лысины Шандыбина). Следовательно, на первом этапе нет смысла спорить об иерархии причин. Я пока что просто перечислю наиболее важные, на мой взгляд.

Начнем с того, что мы ведем речь о патриотической части именно интеллигенции, причем даже не всей этой части, а только той, что имеет голос, то есть представлена в элите, допущенной до СМИ в качестве “отправителей сообщений”. Говорят о Проханове, но не говорят о той учительнице или библиотекаре, которые излагают идеи патриотической оппозиции устно, в личных беседах. А положение этих двух контингентов “русской партии” кардинально различны.

Патриоты из элитарной интеллигенции находятся в окружающем их сообществе на положении диссидентов и постоянно испытывают давление ближайшего окружения. Ибо это окружение, в общем, антипатриотично, оно исповедует идеологию евроцентризма. Причем не только исповедует, но и находится в состояния транса, доходя в своем “западнизме” порой до истерики.

Чтобы понять это, надо лично испытать, каково, например, отказаться от почти всех дружеских связей, которые ты накопил за всю жизнь. Так вот, по дискурсу тех, кто на это идет, ничего нельзя сказать о качестве мышления и аргументов тех, кто, принадлежа к “русской партии”, предпочитает не высовываться в виде рупора, а относительно спокойно размышляет и общается с людьми. У “патриотов на арене” зажат рот угрозой неизбежных тяжелых санкций со стороны ближайшего социального окружения, часто даже со стороны их родных и близких. Вл.Соловьев, который специально рассматривал подобную ситуацию “критики человека с зажатым ртом”, назвал бы разухабистые обвинения против такого человека подлыми.