- Ну, надо же, еще теплое, - удивленно посмотрела на руку. Предмет с белой жидкостью, находящийся на ладони вызвал во мне приступ голода, но переборов себя открыла сумку и взяла Дайке на руки. Я наклонила стакан так, чтобы волчонку было удобно лакать молоко. Что она и сделала с превеликим удовольствием. Пока она пила я терпеливо ждала, когда малышка насытится. Было забавно смотреть как ее розовый язычок, то опускался в молоко, то быстро выскакивал оттуда. Подняв глаза, увидела ноги Валатара, и кое-что еще. Он стоял вплотную рядом со мной. Неожиданно попав в щекотливую ситуацию, стало неловко, и я смутилась. Сердце учащенно забилось и все тело задрожало. Чтобы он не подумал обо мне какую-нибудь непристойность, пришлось поднять голову и посмотреть на него. В черном взгляде Вэла чудилось искры смеха. Он бесстыдно улыбался, но как-то странно с прищуром в глазах. Я поняла, он догадался о моих мыслях. Почувствовала, как жгучая краска стыда приливает к щекам резко встала на ноги, стремясь не расплескать молоко и не уронить малышку. Провокация эльфа возымела на меня эффект разорвавшейся бомбы, если сравнивать с данным предметом из моего мира. Именно такое действие со мной и произошло. Забыв о голоде, я стояла напротив эльфа, держа волчонка и стакан, злобно уставившись на него во все глаза. Валатар наклонил голову, неожиданно расхохотался. Похоже, вид у меня был дурацкий.
"Ну, почему он надо мной издевается? - обида на время забытая вновь появилась во мне".
Отвернувшись от него и показывая спину, дала понять, что моему терпению скоро придет конец, и снова попыталась отойти от него на несколько таремов. Мне не хотелось с ним в данный момент разговаривать, тем более выяснять отношения.
- Лэр, ты ничему не учишься. Ну, когда же ты приобретешь невозмутимость? Ты мне обещала не вестись на разные провокации и не давать собой манипулировать. Сколько можно? - его речь заставила меня врасплох, но все же я смогла сообразить, что ему ответить.
- Скажи-ка мне, дружочек, - вкрадчиво-елейным голосом спросила я у него. - Такие уроки, которые ты мне преподаешь, сколько по времени лично ты обучался?
- С самого детства, - незамедлительно последовал ответ эльфа. Перебив дальнейшие его слова ехидно сказала.
- А меня пытаешься научить за две мекры. Совести у тебя нет.
- Лэр, у тебя нет столько времени, как было у меня. Ты должна быстро осваивать различные боевые приемы, в том числе и невозмутимость, она тоже является оружием боевого мага. Кстати, твое желание обучаться стрельбе из лука еще в силе? - я утвердительно кивнула головой, с печалью подумав, когда же я доберусь до этих уроков, если мы в горах и тут не развернуться, чтобы научиться стрелять, ибо для этого нужно пространство. А тут его на горной и узкой тропинке было очень мало.
- А то, что ты сейчас продемонстрировал, было уроком невозмутимости? - и услышала очередную умность от эльфийского друга.
- В жизни могут быть разные случаи. Учись птичка, пока я рядом! - рука Вэла легла на плечо и нежно похлопала по нему, а потом присоединилась другая, ложась на противоположное плечо. Он притянул меня к себе и в ухо произнес.
- Я буду провоцировать тебя до тех пор, пока ты не научишься владеть собой. Как и тебе, мне это тоже очень нужно, - и отстранившись, произнес. - И мне плевать на твое прошлое. У нас у всех оно не из легких. И я от тебя не отстану, до тех пор, пока не увижу положительных, а лучше постоянных результатов. Пошли Лэр! Может, впереди найдем площадку для ночлега, - повернувшись к нему лицом, в упор посмотрела на него. В глазах эльфа увидела столько заботы, что на душе стало чуточку легче.
- Провокатор, - буркнула я, пытаясь дотянуться до его уха, чтобы проделать с ним замысловатые винтообразные манипуляции, которые смогут успокоить мое задетое самолюбие. Но эльф, смеясь, отвел протянутую руку, неожиданно нагнулся и чмокнул меня в щеку. На миг, оторопев от очередного поцелуя любвеобильного дружка, но помня недавний урок смолчала. Мысленно пытаясь себя успокоить, постаралась хорошо подумать об эльфе.
"Он хочет для меня как лучше, а я вижу в нем только агрессивность и раздражение. Ну, еще и ехидную злость, - печально вздохнув, норовя засунуть обиду куда-нибудь подальше и навсегда о ней забыть".
Не смотря на приближающую темноту сумерек, мы двинулись в опасный изнуряющий тело и душу путь.
