— Моей семье я была не нужна с самого рождения. Мой мужчина никогда меня не любил, как и я его. Между нами был только секс. А единственного родного человека потеряла по собственной вине. Ей я была нужна. Но разве мы с тобой ценили то, что у нас было? — крылья Эри дрогнули и на мгновение развернулись. — Назад Лу мне уже не вернуть. Если бы даже она захотела простить меня, ее жрец этого не позволит. Он мне лишь сейчас сказал, что Лу жива. И, наверное, сказал только из-за тебя. Хотя он прав. Я бы на месте Лу такого никогда не простила. Так пусть я хотя бы отражение свое сохраню.
— Ради того, чтобы сохранить свою жизнь.
— Пусть так.
— Я — твое отражение или ты — мое?
— Совершенно неважно. Зависит от направления взгляда.
Они долго молчат, лениво рассматривая окрестности. Думать почему-то не хочется совсем. Милена закручивает на ладони ураганчик и запускает его вниз. Эри следит за ним взглядом. Ураганчик проходит сквозь крону деревьев, устроив фиолетовый всплеск в листве.
— Зачем ты напала на Лу?
Фирхаши пожимает плечами.
— Разозлилась, завидовала, ревновала. Выбирай что хочешь.
— Но это не все причины?
— Я показала одну жрецу. Он не поверил мне. И ты не поверишь.
— Расскажи.
Эри откидывается на спину и устремляет взгляд в небо.
— Жрец прав. Я всегда завидовала Лу. Ее маме, которая любила дочь так, что никому, даже старейшинам, не позволяла обижать. Ее Силе и красоте.
— Ты тоже красивая, — Милена оглядывается на соседку, но та отмахивается:
— Наверное, я понимала, что она лучше меня во всем. Да, я завидовала. Постоянно. Поэтому и с Нуром отношения завела.
— Назло?
— Да. Чтобы показать ей, что и я могу быть лучше; что тот, кого она любит, выбрал меня, а не ее.
Милена качает головой.
— И ты мое отражение? Я бы так не смогла…
— Моральный компас у нас разный, — вдруг усмехается Эри. — Ты думаешь, почему на мне это?
Фирхаши показывает на какую-то черную ленту вокруг своей шеи. Милена пожимает плечами.
— Этот ошейник жрецы на меня надели. Без него бы к тебе не подпустили. Он практически убьет меня, если я попытаюсь причинить тебе вред. Но ради ребенка мое тело сохранят до родов, хотя меня, по сути, уже не будет.
— Ты беременна? От Нура?
— Да.
Эри с усмешкой смотрит на Милену.
— Ну не всем же быть белыми и пушистыми, как ты. Хотя и ты вовсе не такая. Считаешь себя сторонницей Света? Ну так осколок вытащил из тебя все то, что ты долго прятала внутри. Эгоизм, равнодушие, вечная во всем неуверенность…
— Ты вроде про себя хотела рассказать? — прерывает Милена.
— Задевает? Потому что это правда. Но я и про себя все знаю. И не стыжусь себя и своих действий. Кроме одного…
Ее голос вдруг прерывается, и Милена не может понять, реально ли Эри переживает, или это искусная игра.
— Чего же?
— Мне хотелось умереть, когда я поняла, что Лу больше нет. И ее убила я.
— Может, стоило подумать об этом до того, как нападать на нее?
— Может. И я не пыталась оправдаться, когда показывала жрецу основную причину.
Милена окидывает ее недоверчиво-насмешливым взглядом.
— Да это, впрочем, все неважно, — бросает Эри. — Бездна все равно победит. А ей точно нет дела ни до кого из нас.
— Зачем тогда тебе меня вытаскивать, если не веришь в будущее вообще?
— Меня особо не спрашивали, — кривит губы фирхаши.
— И как ты сможешь меня вернуть?
— Не имею ни малейшего понятия. Жрец сказал только то, что мне нельзя тебе врать. Так-то он и сам ничего не знает, раз не справился без меня.
Они снова замолкают.
— Ты хочешь его? — неожиданно спрашивает Милена и ловит недоуменный взгляд Эри. — Я про ребенка.
Эри пожимает плечами и как-то удивленно косится на свой живот.
— Вряд ли из меня получится хорошая мать. А уж из Нура отец и вовсе никакой.
— Можно? — Милена тянет руку к ее животу, но не касается — ждет ответа.
— Да нечего еще там щупать, — фыркает Эри, но разрешение дает.
Как только пальцы Милены осторожно притрагиваются к обиталищу маленького фирхаши, на нее холодной равнодушной лавиной обрушивается череда быстро сменяющих друг друга жутковатых кадров.
…Крылатый малыш-фирхаши, окруженный и запертый стеной огня. Он тянет ручки к Милене, а в ярких круглых глазках мельтешит ужас. С другой стороны возникает такой же огненный круг с Лу в центре, и успеть можно только к одному из этих двоих. Милена неподвижно застывает между ними, не в силах выбрать, а потом вдруг бежит одновременно в две стороны…
…Падающая с огромной высоты беспомощная Эри. Она похожа на сухой листик дерева, который подхватил и закружил порыв ветра. Нур, который безразлично наблюдает за ее падением. А потом обоих накрывает черная туча…
…Тамила, неподвижно лежащая на руках Дэсмиша. В его глазах пустота…
…Мира, из последних сил отбивающаяся потоками своего огня от каких-то расплывчатых черных щупалец. Падающий у ее ног Антон. А рядом… Виталька…
Милена сама не узнает собственный голос, когда слышит чей-то отчаянный крик, и закрывает лицо руками.
— Мама… — тихо произносит ребенок, теплые пальчики обхватывают ее пальцы.