В тот же миг Дар начал светиться, и свечение с каждой секундой становилось все ярче. Скоро смотреть на него стало невозможно, и все, кроме троих, стоящих рядом, зажмурились. Глаза Лу сильно слезились, но она не отводила взгляда от Дара и вдруг заметила, как что-то внутри конструкции начало крутиться, словно свечение превращалось в непрекращающийся вихрь. Этот вихрь постепенно выбирался наружу, рос вверх и вширь, захватывал окружающее пространство, и вот уже Лу, Тамила и Тэйхирт оказались внутри него, а воздух заполнился яркими сверкающими точками. Сначала искры беспорядочно носились вокруг, но потом стали собираться в единое целое. Прямо над Даром возник маленький шар из точек, и все новые и новые тянулись к нему, увеличивая его размеры, добавляя ослепительного сверкания. Теперь уже и трое, собравшиеся вокруг Дара, не смогли выдержать и зажмурились. Но даже сквозь веки ощущалось, что свечение становится только мощнее, словно возле них рождалась звезда. И когда показалось, что вот сейчас глаза уже потеряют способность видеть от этой режущей боли, вдруг наступила темнота.
Лу попыталась оглядеться, но перед ней мельтешили лишь яркие пятна. Она помотала головой и потерла глаза руками, однако пятен стало еще больше. Они дробились на мелкие, разлетались и сталкивались между собой, а за ними не было видно ничего.
— Что случилось? — испуганно спросила она.
Может, ее занесло куда-то внутрь Дара? Но она продолжала чувствовать прикосновение рук Тэйхирта, и сейчас Темный сильнее прижал ее к себе.
— Это реакция на яркий свет, — послышался голос Тамилы. — Тебе досталось больше всех, ведь свечение шло на тебя.
А потом к рукам Лу нежно прикоснулись чьи-то пальцы, а давно забытый любимый голос произнес:
— Забери у меня энергию. Быстрее восстановишься.
Лу всхлипнула и сильнее распахнула глаза, но раздражающие пятна не давали ничего разглядеть.
— Забери! — уже строго сказал голос.
Девушка кивнула, и почти сразу почувствовала наполняющую ее родную энергию. Когда она снова открыла глаза, перед ней стояла Ниэ, а лицо ее освещала ласковая улыбка.
— Мама, — прошептала Лу и осторожно коснулась ее плеч.
— У тебя все получилось, мой Лучик, — прошептала в ответ Ниэ.
Лу неверяще оглянулась на Тэйхирта, перевела взгляд на Тамилу и снова повернулась к матери.
— Ты правда здесь? — севшим голосом спросила девушка.
— Правда, — сквозь слезы рассмеялась Ниэ, и обе враз шагнули навстречу и сжали друг друга в объятьях.
Работу над общим желанием решили перенести на следующий день, тем более что Лу и Ниэ явно хотели остаться вдвоем. Хотя они и так почти никого не замечали.
— А как же это привидение? — обратилась Мирослава к жрецам. — Которое Нур… Нам теперь вообще ни о чем разговаривать нельзя между собой? Миленка ж не всегда его видит.
— А это привидение пока никуда не денется, — усмехнулся Тэйхирт. — Терпите без секретов.
— Нельзя его обратно в Дар намечтать? — хмыкнула девушка.
— Дар его выплюнул, наверное, с облегчением, — отозвался Темный, — а ты опять этот мусор в него запихнуть хочешь.
— Давайте всё завтра, — сдержанно улыбнулась Тамила. — Ночь можно пережить без серьезных разговоров. Идите спать.
— Мы еще хотели к Ри сходить, — вспомнила Милена.
— Это тоже подождет до завтра, — сказал Дэсмиш.
— Ладно, уговорили, — Мирослава взяла сестру за руку. — Мне и самой не хочется, чтобы он наши разговоры подслушивал. Пойдем.
Сестры попрощались со всеми и вышли. Тэйхирт как-то неуверенно взглянул на Лу, увлеченную тихой беседой с мамой, и шагнул было к двери.
— Ты уходишь? — мгновенно догнал его голос Лу.
— Мешать не хотел.
— Разве ты можешь помешать? — улыбнулась она и протянула ему руку.
Дэсмиш и Тамила переглянулись и последовали за сестрами, махнув на прощание оставшимся.
— Подышать хочу, пойдем на балконе посидим, — предложила Тамила.
Был как раз один из тех редких моментов, когда на небе не было лун, зато ярко сверкали звезды. Поднявшийся ветер принес с собой ощутимую прохладу и как раз кстати оказалась стопка пледов, которую предусмотрительная Саритэ оставила на кресле. Дэсмиш расправил один и укутал в него облокотившуюся о перила Тамилу. Прижал к себе жену, а она устроила голову у него на груди.
— Я скучала по родному небу, по всей этой красоте, — тихо призналась она.
— Мне не хватало наших ночных бдений здесь, — улыбнулся Дэсмиш.
Тамила вдруг резко подняла голову и взглянула на него.
— У меня возник неожиданный вопрос, но я не знаю, стоит ли задавать его вслух.
— Если это может дать хоть какой-то повод для размышлений Нуру, то не стоит. Пусти меня в свои мысли.
— Я-то пущу, — проворчала Тамила, — и ты меня услышишь. А вот услышу ли я тебя — неизвестно. Знаешь же, что я в этом не сильна.
— Буду дополнять жестами и малопонятными словами, — хмыкнул Светлый.
— Малопонятными для меня? — развеселилась женщина. — Ладно, считывай.
«Когда будет следующее пятилуние?»
Жрец удивленно вскинул брови, но, чуть поразмышляв, поднял в воздух два пальца. Тамила возвела глаза к небу.
«Чего два? Часа, дня, недели, года?»
— Второе, — усмехнулся Дэсмиш. — Зачем тебе?