Я попытался вспомнить, но среди моих знакомых никаких девушек с этим именем не было.
– Да нет, память я вроде не потерял, я помню, что сел в машину в районе 10 часов и поехал. Правда, не могу понять зачем, может, просто прокатиться захотелось. А потом я потерял управление машиной и врезался в столб.
Пожилой врач усмехнулся.
– Ты не просто в столб врезался, машина твоя в полный фарш превратилась, вряд ли её можно будет даже восстановить. Тебя в ней перевернуло несколько раз, так как ты не прямо в столб влетел, а краем, да и в конце она ещё об дерево ударилась. Мы тебя еле вытащили из неё.
За машину мне было очень обидно, на новую накопить будет довольно проблематично. Глаза слипались, я засыпал.
– Отдыхай, – сказал бородатый, и сон очень настырно взял власть надо мной.
Эпилог.
Я гулял в парке Героев-Пожарных. Вроде новый год скоро, а снега опять нет в городе. Климат климатом, но мне кажется, что этот город просто не любит зиму и предпочитает только 3 времени года. Хотя весна, лето и осень часто не имеют отличий. С той аварии прошло уже полгода, а я всё не могу прийти в себя. Несколько месяцев я провалялся в больнице с парой сломанных рёбер, сломанной рукой и вывихнутой ногой. Потом ещё реабилитационное время, и вот только сейчас я выздоровел. Что было неожиданным для меня, так это то, что ребята, с которыми я учился, меня постоянно навещали, хотя во время учёбы я с ними почти не общался. Я вообще не понимаю, как я проводил свою жизнь, очень много спал или сидел ремонтировал чужие компьютеры за копейки. Сейчас я стал стараться больше времени проводить с другими людьми, и в целом жизнь пошла более активно, будто меня начало что-то на это толкать. И всё вроде бы хорошо, если бы не одно но. Иногда у меня появляется ощущение, что я забыл что-то. Что-то очень важное.
Конец первой части.
Пролог
В помещении было очень темно. Осмотревшись вокруг, я увидел огромные ворота. Они были расписаны странными узорами, как старые ковры, висевшие на стене практически в каждом доме СССР. Только цвета были другие, сами узоры были фиолетовыми и будто светились изнутри. Вершины этих врат я не видел, они уходили далеко вверх. Поверхность ворот была шероховатая, постоянно цеплялась за одежду. Стены были каменные, но при этом их цвет был тёмно-коричневый, что ли, они были абсолютно гладкие. Просто монолитная стена, уходившая вверх и в две стороны от ворот куда-то во тьму. Я подошёл к воротам, потрогал их. За ними что-то было, что-то, что перевернуло бы мою жизнь. Я начал их толкать, но они не сдвинулись. Конечно, один человек не мог бы своими силами открыть такие исполинские ворота, но я пытался, мне хотелось их открыть. Я пробовал снова и снова, бился и бился над ними. То просто толкал, то пытался выбить их, разгоняясь и врезаясь в них плечом, пинал ногой, все попытки впустую. В конце концов, я просто упал обессиленный и закричал: «Впустите меня!». Крик постепенно переходил в стон, а я просто лежал у этих ворот. Потом, закрывая глаза, я заметил частичку света и, открыв их снова, пробудился.
Глава 1
Автобус тряхнуло на колдобине, из уха вывалился наушник, а в глаза светило солнце. «Снова этот сон», – подумал я. Целый год иногда у меня появляется один и тот же сон, как я пытаюсь открыть какие-то ворота. Всё это началось после моего попадания в аварию год назад. Каким-то чудом я выжил, но частично утратил память. Некоторые эпизоды жизни были как в тумане, в том числе я так и не вспомнил, куда и зачем ехал в тот день. Периодически мне снится этот сон, то раза два или три в неделю, то реже, самый длинный перерыв между этими снами был месяц. Глупо, конечно, считать сны, но когда один и тот же сон тебе периодически снится, то, я думаю, многие начали бы задумываться по этому поводу и вести определённую статистику. Я бы мог особо внимания на это и не обращать, мало ли что с психикой человека делается после потрясений. Проблема в том, что если после сна человек просыпается отдохнувшим, даже если это был кошмар, то после этих снов я ощущаю себя измотанным. Будто мне не снилось, что я пытаюсь открыть эти ворота, а я действительно это делал, как бы глупо это не звучало. После этой аварии со мной произошли некоторые перемены, я стал пытаться больше взаимодействовать с людьми, пытаться общаться, найти кого-то близкого по духу, хотя раньше я в этом особо и не нуждался. Меня что-то толкало на эти действия, вот и сегодня я ехал веселиться к своему другу Максиму, с которым познакомился при моей аварии. Именно он, проезжая мимо, остановился, вытащил меня из машины и вызвал скорую. Он как-то навестил меня в больнице, мы хорошо пообщались и подружились, вот сегодня я ехал к нему и его друзьям. Катаюсь я теперь исключительно на общественном транспорте, не скажу, что теперь боюсь машин и меня трясёт со страху при представлении того, что я снова за рулем. Просто меня пугает неизвестность. Почему я попал в ту аварию? Куда я ехал? Может, если я снова сяду за руль и поеду, опять что-то произойдёт и я снова ничего не вспомню.
