Потерявший надежду полностью

Ее глаза затуманиваются. Знаю, я опять выражаюсь неопределенно, но не могу сказать ей прямо. Не сейчас. Скажу, когда точно буду знать, что с ней все в порядке.

– Почему ты не можешь просто сказать это, Холдер? Почему не можешь извиниться?

Боль, звучащая в ее голосе, заставляет сжиматься мое сердце. Я смотрю ей прямо в глаза, чтобы она поняла, как для меня важно, что она не хочет смириться с моим отношением.

– Я не извиняюсь перед тобой… потому что не хочу, чтобы ты меня простила.

Она быстро зажмуривается, стараясь сдержать слезы. Никакие другие слова не могли бы лучше помочь ей справиться с тем, что произошло между нами. Отпустив ее руку, я встаю, подхожу к ней и приподнимаю с пола. Потом сажаю ее на барную стойку, чтобы глаза у нас были на одном уровне. Пусть она не верит словам, но мне необходимо, чтобы она чувствовала мое настроение. Чтобы видела искреннее выражение моих глаз, слышала мой голос и знала: я не хотел ее обидеть, лишь защитить ее от ненужных переживаний. Но только все испортил.

– Детка, я облажался. Знаю, что даже не один раз. Но поверь: то, что в тот день случилось за ланчем, не было ревностью, гневом или еще чем-то страшным. Хотелось бы мне рассказать, что произошло на самом деле, но не могу. Когда-нибудь объясню, но не сейчас, и мне надо, чтобы ты приняла это. Ну пожалуйста. Я не извиняюсь, потому что не хочу, чтобы ты забыла об этом. И ты не должна прощать меня за это. Никогда, Скай.

Она внимательно слушает меня, и это так приятно. Наклонившись, я целую ее, а потом продолжаю говорить, пока она согласна меня слушать.

– Я говорил себе, что должен держаться от тебя подальше, – и пусть ты даже будешь злиться. У меня полно проблем, которыми я еще не готов поделиться. Я очень старался избегать тебя, но ничего не вышло. Я не такой сильный, чтобы отказаться от того, что может быть у нас впереди. А вчера в кафетерии, когда ты обнимала Брекина и смеялась вместе с ним? Мне было так приятно видеть тебя счастливой, Скай. Но как хотелось быть тем человеком, который заставляет тебя от души смеяться! Я мучился оттого, что ты думала, будто мне нет до нас дела или что те выходные не были лучшими в моей жизни. Потому что мне есть до нас дело, а тот уик-энд действительно был лучшим. Лучший гребаный уик-энд в истории всех уик-эндов.

Провожу ладонью по ее волосам от макушки до шеи и глажу большим пальцем ее скулу. Мне приходится несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы продолжить разговор, потому что я не хочу напугать ее. Просто хочу быть с ней честным.

– Это убивает меня, Скай, – тихо говорю я. – Убивает, потому что я хочу, чтобы ты каждый день помнила, какие чувства я к тебе испытываю. Но я еще не готов сказать, что я влюблен. Пока нет. Но то, что я чувствую, больше, чем просто «нравишься». Намного больше. За последние несколько недель я пытался разобраться. Понять, почему не найти другого слова. Мне хочется в точности описать тебе мои чувства, но во всем словаре не найдется, зараза, ничего между «нравиться» и «любить». А мне это слово нужно. Мне оно нужно, потому что я хочу, чтобы ты услышала его от меня.

Я целую ее, потом отстраняюсь, но она по-прежнему смотрит на меня с недоумением. Целую ее снова и снова, останавливаясь после каждого раза в надежде, что она как-то отреагирует. Мне все равно – ударит она меня, поцелует или скажет, что любит. Я хочу лишь, чтобы она приняла все сказанное мной. Но она, не отрываясь, смотрит на меня, и от этого я страшно нервничаю.

– Скажи что-нибудь, – прошу я.

Она еще долго смотрит на меня. Я стараюсь сохранить терпение. Она всегда терпелива со мной, несмотря на быстроту реакции. Сейчас ей следует пустить в ход свою сообразительность. Мне нужен ее отклик.

Хоть какой-то. Любой.

– Жить, – наконец шепчет она.

Я не ожидал, что с ее уст слетит это слово, но, по крайней мере, хоть что-то. Я смеюсь и качаю головой, не понимая, что она хочет этим сказать.

– Что?

– Жить. Если переставить буквы в словах «like» и «love», то получится «live» – жить. Можешь пользоваться.

Она не только понимает меня и улыбается, но и подсказывает то единственное слово, которого я доискивался с первой минуты нашего знакомства в магазине.

Я не заслуживаю ее. Не заслуживаю ее понимания и уж точно не заслуживаю тех чувств, которые у нее вызываю. Я смеюсь и заключаю ее в объятия, прижимаясь губами к ее губам.

– Я живу тебя, Скай, – говорю я прямо ей в губы. – Я так живу тебя.

И как бы прекрасно ни звучало это слово, я знаю: это ложь.

Потому что на самом деле я люблю ее. Люблю с самого детства.

Звонит телефон, и я не успеваю даже поздороваться, как Дэниел начинает тараторить:

– Хочешь вечером прийти ко мне и Вэл со своей телочкой и посмотреть киношку?

– Я думал, ты поссорился с Вэл.