Поток полностью

В центре управления появилась голограмма сотрудника отдела технической эксплуатации.

– Господин директор, вас вызывают из Л-329 БТК России.

– Черт, они – не БТК России, а незаконная организация.

– Простите, господин директор, я просто повторил…

– У них нет права так себя называть.

Повисла пауза.

– Так вы не хотите ответить, сэр?

Хедрик глубоко вздохнул:

– Ненавижу разговаривать с этой штукой! – Он посмотрел на потолок. Он знал, почему ему звонят. Строго говоря, демонстрация гравитационной мощи потребовалась ему отчасти по той же причине. – Варуна!

– Да, господин директор, – донеслось с потолка.

– Когда я стану говорить с Л-329, отладь модуляции моего голоса. Позаботься, чтобы он звучал искренне и честно.

– Я позабочусь о том, чтобы модифицировать звукопередачу вашей речи, придав словам нужный эффект, господин директор.

Хедрик обратился к сотруднику технического отдела:

– Переведите на меня вызов.

Его голограмму немедленно сменило мультяшное изображение кота с большими зелеными глазами. Судя по всему, тот был новым аватаром искусственного интеллекта Л-329. Кот кивнул в знак приветствия:

– Директор Хедрик. Мы обнаружили гравитационную аномалию на юге Тихого океана. Она стала причиной нашего коллективного беспокойства.

– Я не просто осведомлен об этом явлении, я сам его и создал.

Последовала пауза, предназначенная для того, чтобы просчитать эффект от заявления Хедрика. ИскИны с такими параметрами могли вести разговор со скоростью несколько миллиардов слов в секунду. По документации Бюро, Л-329 изначально вырос из алгоритма игры в покер, который расширили для игры на финансовых рынках. Он обладал нейронной логикой для адаптации к человеческой психологии – логикой, которая быстро развивалась, давая ИскИну возможность обрабатывать все большее количество данных. Блеф был одним из его базовых навыков. Возможно, именно поэтому он выбирал безобидные с виду аватары.

– Масса, находящаяся на месте аномалии, не соответствует наблюдаемому феномену.

– Мы разработали новую физику.

Снова возникла пауза.

– Вы модифицируете свою речь. Я не могу распознать, насколько правдивы ваши заявления.

– Меня не волнует, верите вы мне или нет. Ваши технологии быстро устаревают.

– Вы готовы к возможным последствиям подобных инноваций, мистер Хедрик?

– Может, вы подзабыли, но задача БТК как раз и заключается в том, чтобы контролировать последствия.

– Я имею в виду не последствия для человеческой цивилизации, мистер Хедрик, а лично для вас.

Грэм почувствовал, как прилила к лицу кровь:

– Ваша организация незаконна. Скоро у меня снова будут все ваши технологии. Равно как и технологии АТТУ[48].

– И мы, и БТК Азии можем защитить наши технологии.

– Ваша защита долго не продержится. И вы – не БТК. И никогда им не были. Я верну вас под свой контроль.

– Я бы на это не поставил.

Хедрик прервал связь:

– Чертов автомат для покера!

Голограммы ученых все еще никуда не делись. Старший откашлялся:

– Господин директор, наши новые гравитационные технологии обеспечивают нам техническое превосходство и над Л-329, и над БТК Азии.

– Они – не БТК Азии! – И Хедрик одним кликом отправил голограммы в небытие.

В галерею тут же с недовольным лицом вошел мистер Моррисон. Очевидно, он ждал этого момента. Судя по его гримасе, случилась какая-то серьезная неприятность. И хотя с кислой миной Моррисон ходил постоянно, по степени ее недовольства всегда можно было определить, какой день ждет Хедрика.

– В чем дело, мистер Моррисон? Я же просил не беспокоить!

– Есть обстоятельства, незамедлительно требующие вашего внимания.

Грэм вздохнул:

– Ну что там еще, ради всего святого?

– Вашингтон.

Хедрик бросил в его сторону презрительный взгляд и расслабился:

– Вы прервали меня из-за Вашингтона?

– Это не обычный политический вздор. У национальной разведки новая начальница, которая требует, чтобы сверхсекретные бюро вернулись под ее непосредственный контроль.

– И что с того? Игнорируйте ее. Откуда она вообще узнала о нашем существовании?

– Нас сдал кто-то из ЦРУ – явно хотел выслужиться.

– Игнорируйте ее.