Весь страх перед неизвестным куда-то выветрился. Остался лишь охреневший психопат, которому можно переломать все кости. Собственно, этим я и занялся. Упав на бок, он не смог оказать ни малейшего сопротивления. Пальцы, руки, ноги, требуха. Плотно и комплесно прохожусь по всему списку. Вот только тварь даже не пикнула. Как будто тренировочную грушу бью.
- Кха, кха, боюсь, ты не можешь сделать со мной чего-то такого, через что я бы уже не прошел.
Отхожу от него. Пусть и с множеством переломов и ран, но тварь не выглядит хоть сколько-нибудь обеспокоенной своим состоянием. Я даже подзавис слегка. И чего делать? Так, давай думать, о чем он там распинался? Ах да, лица. На его поясе замечаю небольшую сумку, которую тут же и отбираю. На этот раз он реагирует – глазки начали бегать из стороны в сторону, а уцелевшая левая рука пытается ухватиться за потерю, но не успевает.
- И что же тут у нас, м-м-м-м?
- ОТДАЙ! ОТДАЙ СЕЙЧАС ЖЕ!
- А если нет, то что?
- УБЬЮ! УБЬЮ! ОТДАЙ!
Заглядываю в сумку. В ней, свернутые трубочками, лежат лица. Женские, мужские, молодые и старые… и детские… детские тоже лежат. Так. Раз-два. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Он нужен живым. Пока что. Надо узнать что происходит.
- Хочешь это обратно, дружочек? – спрашиваю ласковым голосом.
- ДА! ДА! ОТДАЙ!
- Тогда тебе придется ответить на пару вопросов.
- ХОРОШО! ХОРОШО! ТОЛЬКО ОТДАЙ!
Бросаю ему сумку обратно. С лихорадочным блеском в глазах он парой целых пальцев левой руки пробегается по сверткам, пересчитывая их. Затем, успокоившись, выдыхает и с опаской смотрит на меня. Надо же, прочувствовал.
- Что ты хочешь знать?
- Много чего, дружочек…
Если обобщить все сказанное в более-менее структурированной облик, то получается следующее. Этот выродок является, точнее, уже являлся очередным подопытным Шинры. Злобная корпорация захотела себе в обойму возможностей совершенных агентов – тех, кого можно внедрить максимально глубоко к противнику, а точнее, в вутайское общество. Для этого они начали проводить эксперименты над умирающими людьми – собирать выделяющийся из них поток жизни и на его основе воссоздавать первоначальную личность человека. Вот только ничего у них не выходило. Пока один из ученых, в говне моченых, не создал материю. Материю Иллюзии, что способна после некоторых операций над целью создать некоторый слепок ее личности и внешности, который можно передать тому, кто использует материю. Но в ходе ее испытаний произошло непредвиденное. Опять, ха-ха. От частой смены обликов использующие Иллюзию становились зависимыми от этого, а также сходили с ума, что, в принципе, неудивительно – сегодня утром ты Лука Кузьмич, к обеду – Петр Иванович, а к вечеру – Ануфрий Палыч. От такого у кого угодно чердак потечет. В общем, испытателям, в чьих рядах и находился, кстати, тот ученишка, что и придумал эту материю, стало не хватать обликов для постоянной смены и они напали на персонал лаборатории, проявив невиданную до этого кровожадность. Комплекс был захвачен, лаборанты и охранники пущены под нож. А затем этим наркоманам вновь стало мало и они набросились друг на друга. В итоге осталось двое – ученишка и мой невольный собеседник. Причем второй после учиненной бойни проявил невиданную сообразительность, поняв что легко может стать следующим, и покинул комплекс. Блуждая по окрестностям, он нападал на встреченных путников и сдирал с них лица. Тут вскрылась незадокументированная прежде возможность – тот, с кого сняли лицо подобным экспериментальным методом, тупел и подчинялся своему мучителю. Набрав себе десяток рабов, выродок и пришел в городок. Подкараулил по очереди нескольких ополченцев, поменял им лица местами и начал захват, учиняя страшный террор. Сдиранию подверглось почти пять десятков человек, не все из которых его пережили – только физически крепкие и взрослые мужчины и женщины. Старики и дети в процессе скончались. После чего уже пришел я и устроил вору лиц нежданчик. Получилось даже узнать сколько именно рабов он заимел – 29 человек, что один в один бьется с количеством сделанных мною трупов. На вопрос, можно ли приживить как-то лицо жертве обратно, маньячела лишь покачал головой, мол, никто даже и не пытался подобное провернуть. С этой фразой вся его полезность была исчерпана. Смотреть на то, как он извивался и визжал, когда я снова забрал сумку, было просто чертовски приятно. Потратив так минут пять, я все же добил его, разбив в кашу голову ударами ног. М-да, зашел, называется, за новым пистолетом.
