— Там с краю разве много кольев было? — подсказал охотник.
— Один… кол.
Странные, мало на что похожие звуки всё ещё доносились со стороны ловушки. Потрескивали сломанные доски. Угли посверкивали алым, так до конца и не прогорев. Они создавали угловатые, необыкновенно длинные тени. Густые и странные.
Я почувствовал, как спина моя холодеет.
— Д-ай сюда! — донёсся раздражённый голос наёмницы. — Отп-сти, говорю!
Я встал.
Сам едва не соскользнул, но добрался на полусогнутых до люка. Мик забрал фонарь. Здесь было темно. Ступенька скрипнула — и колено сразу же столкнулось с чем-то твёрдым.
Отсвет огня выхватил край каната прямо передо мною. Очертил несколько опор.
Я догнал!
Не поняв сразу, охотник посмотрел на меня. А после наверх. И снова обратно. Тусклое пламя очертило трещины в брёвнах. Доски, наскоро подбитые, и большой серый камень.
В носу засвербело от запаха старой мешковины.
— Ты ведь спешил, — произнёс я скоро. — Пошли уже!
Ещё десять ступенек. Обойдя большой серый камень, мы оказались у двери. Мик ударил её плечом и сразу ухватился за перила.
«Видел, как падал?» — донёсся резкий говор. «Н-нет». — «А я видел!.. Ногою напоролся».
Свет от фонаря заставил копьеносцев поморщиться. Щурясь, закрыться ладонями.
Но высокие силуэты у ямы не дрогнули. Игнорируя свет, тени становились только чётче, они как будто бы очень медленно кружились.
— Ну и Ястреб с тобою! — сплюнула наёмница.
Отстав от потного очень плотного мужчины, она тут же нашла другую жертву.
— Тогда ты!.. Да отдай же!
Глянув неодобрительно, неизвестный прижал щит к грудине. Эль вырвала. Продев руку в петлю, ухватившись за ручку, она приподняла и попробовала ударить, взмахнула, едва не задела всё того же толстяка.
Предчувствуя, чем это может кончиться, я начал говорить с полдороги:
— Эль, посл!..
— Я пойду! — перебил меня мужчина.
Охотник. Несколько мгновений потребовалось, чтобы опознать грузно дышащую фигуру. Эль взглянула на него сверху вниз. Поколебалась.
Поджала губу раздумывая.
— С тенями там что-то не то…
— Справитесь? — прямо спросила наёмница.
— Сверху видно… — вновь попытался влезть я.
Почти старик глянул необыкновенно мрачно:
— А кто?
Эль протянула ему щит. И он взял. Покрутил. Осмотрел две прорези: одну для обзора и ещё одну пониже для копья.
— Эль, — почти сорвался я на крик. — Я вижу тени… Не постоянно вижу, а время от времени. Но я их точно вижу! — Я очень постарался, чтобы речь прозвучала убедительно. — Там что-то есть!
Мик покосился неодобрительно. С пренебрежением почти что. Или мне так только показалось.
Девушка развернулась. Посмотрела. Она взяла протянутый фонарь и подняла его повыше… То, что сверху выглядело как острые тёмные пики, теперь предстало в виде торчащих обломков досок.
Медленный выдох. Я перевёл взгляд с хмурой наёмницы на уже почти совершенно седого охотника.
— Лезь обратно, — просто сказала наёмница.
Месяц великолепно освещал округу.
Копьеносцев и спины людей на крышах. С мельницы мне было отлично видно, как старик подтаскивает брёвна. Как юнец с реденькой бородкой пытается ему помочь, но охотник лишь отмахивается.
Он ползёт по сырому дереву. Вот что-то получилось. И охотник, выставив щит, замирает. Он перебирается-таки на небольшой «островок».
Двигаясь по кругу, пытается подобраться к яме. Приседает на негнущиеся колени. И делает так, чтобы нижний край щита упирался в землю.
Охотник чуть помедлил.
Показался край длинного рыла.
Как-то неправильно, боком он показался. Попытался укусить. Отпрянул.
Земля посыпалась, и послышалось не то рычанье, а не то сопенье. Охотник чуть отстранился. Он подождал. Выставил копьё. А после подался вперёд. Щит заходил.
На металле звонко застучали зубы.
Локоть мужчины как будто отошёл назад — и выпад!
Крупные зубы ухватили. Щит рвануло, и охотник едва не повалился набок. Копьё увело. Мужчина медленно съезжал, он сапогом пнул рыло. Оттолкнулся. Выронил щит и попытался отползти.
Копьё пошло не колющим, а будто бы плашмя.
Локоть назад.
… И выпад.
— Ур-Хр… Ви-и-и-и… ВиИИИИИИааииии-и-и-и-и!
… Тени ходили вокруг… Или мне всё это только казалось.
Оттолкнувшись от чего-то скрытого тьмой, охотник отполз. Выбрался он уже без копья. С одним лишь щитом. Выпрямился и снова взглянул на яму. Чуть подождал. Обернувшись к нам, он пару раз взмахнул руками.
— У л-патки застряло, — долетел приглушённый голос. — Подождать придётся.
— Есть! — крикнул кто-то.
Спины людей пришли в движенье — это сложно было не заметить.
Меня по-прежнему знобило. Днём пекло, а сейчас один лишь прохладный ветер гнал невидимые чёрные хлопья по небу. И месяц, то скрывался, а то вновь появлялся.
Я присмотрелся к яме. Ни единого намёка на тени больше не было заметно.
Час прошёл.
И ещё четыре.
Когда охотник вновь стал подбираться к яме, горизонт белел. Мужчина даже не взял ни у кого копьё. Просто поднял щит, выставил его и пополз прямо к цели. Чуть замедлившись в последний момент, он заглянул за край…
Никаких нападок не последовало.
Как-то необыкновенно долго охотник полулежал так. Животом на сырой земле. Наконец, он опустил деревянный щит, ещё чуть помедлил. Оглянулся.
Охотник кивнул:
— Гот-ов.
