Забравшись свободной рукой в сумочку, я нащупала шприц, который лежал там с того вечера в клубе, и воткнула его в шею Олегу, в ту же секунду выдавливая транквилизатор. Лекарство подействовало незамедлительно. Глаза Олега стали голубыми. Огонь исчез. Парень отпустил мою руку и пошатнулся. Боль в моей руке мешала нормально соображать. Но заметив, что Олег не просто пошатнулся во второй раз, а почти упал, я двинулась вперед и придержала его за талию. Глаза парня были затуманены, а сам он дезориентирован. К боли в руке присоединилась вина за то, что я так с ним поступила. Знаю, что у меня не было выбора, но когда я смотрела на его опухшее от ударов лицо, моё состояние только усугублялось.
– Прости меня, – успела произнести я до того как глаза Олега закатились, а веки опустились.
Вес парня резко лёг на меня. Мне стало тяжело дышать, а колени подогнулись. Хорошо, что Артур вовремя забежал в комнату, положил руку Олега себе на плечи. Мне стало сразу легче в физическом плане, но точно не в эмоциональном.
– Что здесь произошло? – спросил Артур, пока мы пытались незаметно вынести Олега из комнаты.
– Ничего особенного, – откровенно солгала я, ведь для меня это один из самых важных, хоть и ненавистных моментов в жизни. Хорошо, что Артуру об этом знать необязательно. – Давай быстрее выберемся отсюда. И было бы здо́рово, если бы нас никто не заметил.
– Не переживай, я знаю путь, которым никто не пользуется, – попытался успокоить меня Артур, к сожалению, это мало помогло.
Мы шли какими-то закоулками, поворачивали в тёмные пыльные коридоры, пока, наконец, не выбрались на улицу. Хоть бо́льшая часть веса Олега легла на Артура, мои мышцы начали гореть, а я сама уже еле шла. Хорошо, что мы припарковались недалеко от того места, где вышли, а людей на улице было немного. Никто не обратил внимания на двух человек, которые на себе тащили третьего. Возможно, они подумали, что третий в стельку пьян или что-то ещё. На самом деле, мне было всё равно. Главное, что мы смогли без каких-либо проблем добраться до машины.
– Открой дверь, – прохрипел Артур, нажав кнопку разблокировки на ключах.
Я подождала, пока Артур подхватит Олега так, чтобы он смог удержать, и только после этого убрала руку и только после этого открыла заднюю дверцу машины. Я не стала ждать, когда Артур попытается усадить Олега, а сама забралась внутрь. Если парень и был удивлён, то никак этого не показал. Он просто подошёл к машине и поставил Олега перед собой. Дальше уже дело за мной. Артур придержал Олега за голову, а я потащила его внутрь. Не думала, что затащить парня в машину будет настолько сложно. Мне пришлось приложить колоссальное усилие, чтобы хоть как-то сдвинуть его с места. Помогло только то, что Артур подталкивал его сзади. Сев на дальнее сиденье, я положила голову Олега себе на колени, а Артур поставил его ноги в машину и закрыл дверь. Парень не терял времени, так как через минуту мы уже ехали домой.
Я до сих пор не могла поверить, что у нас получилось. Наш план сработал, и мы везли одного члена семьи домой. Осталось дело за малым – понять, как вернуть прежнего Олега. Но почему-то у меня было такое чувство, что всё будет хорошо.
– Не переживай, мы тебе поможем, ты станешь прежним, – прошептала я, пока гладила Олега по голове и снова чувствовала счастье.
В доме Олега был подвал, который был больше похож на темницу. Мы нашли его, когда только переехали и начали обследовать территорию. Никогда бы не подумала, что нам когда-нибудь понадобится этот подвал, ведь я до сих пор помню те жуткие ощущения, которые он у меня вызвал. В нём все углы были в паутине, посередине комнаты стоял одинокий стул, а рядом лежали цепи, прикреплённые к полу и стенам. Сам подвал закрывался на железную дверь, которая в свою очередь имела массивный замо́к. И вот теперь это место было как никогда кстати.
Видеть Олега, сидящего без сознания на стуле и прикованного цепями, было невероятно тяжело. Противоречивые эмоции проносились по мне со скоростью света. Я была безумно рада, что Олег наконец-то дома. Но радость омрачалась тем, что он не в себе. Об этом мне не давала забыть рана на руке. Ожог, оставленный Олегом, постоянно пульсировал и ужасно болел, даже несмотря на то, что по приезду домой я сразу обработала его. Ещё одним поводом для волнения стало то, что от Алины не было никаких новостей. Я пробовала ей звонить и писать, но она не отвечала. Чем больше проходило времени, тем сильнее меня это нервировало. Ведь действие лекарства, которое я вколола Олегу должно было скоро закончиться, а держать его на успокоительном постоянно тоже не самый лучший вариант.
