Певчая изумленно уставилась на парня, неужели он прям так хочет расстаться. Она понимала и уважала его решение, но чёрт, ему было всего лишь шестнадцать, как он отправиться один? Ему ведь будет одиноко. А вдруг его ранят и никто не сможет выходить? Фамке хотела запротестовать, но встретившись с твёрдостью во взгляде юноши, сдалась. Она перевела взгляд на деда, сжала его руку в последний раз и встала на ноги. Сняв ботинки, она вынула из носков промокшие, грязные анары.
— Вот тут немного, некоторые безвозвратно испортились, но думаю, большую часть можешь смело использовать и я потеряла арбалет, — ей было стыдно протягивать эту жалкую кучку, но ей хотелось сделать для него хоть что-то. Молодой воин с благодарностью принял деньги.
— Это мне как раз и пригодится, спасибо. Если найдёшь, можешь забирать.
— Ты же знаешь, что всегда можешь попросить о помощи? Двери моего дома открыты, и я всегда буду рада тебе. Ты мне как брат, — Фамка сжала его ладонь в своих руках, желая передать всё, что чувствует.
— Приятно знать, что где-то меня ждут, — Нур улыбнулся и смахнул слезу со щеки девушки, лицо певчей озарила улыбка
— Всегда!
— Ну… прощай, — парень неуклюже почесал затылок. Фамке отрицательно покачала головой.
— Никаких прощаний. До свидания, — молодой воин слегка кивнул. Девушка наклонилась к спящему вечным сном и поцеловала в лоб, — Родилась идиоткой, умру идиоткой.
Фамке встала, отряхнулась и сурово посмотрела на парня.
— Нур, можешь пообещать мне кое-что?
— Что? — брови парня взлетели вверх.
— Пообещай не забывать, что я твоя первая ученица, — мягкая улыбка коснулась лица певчей, юноша в ответ широко улыбнулся.
— Обещаю.
Перед тем как скрыться в деревьях, она бросила последний взгляд на одиноко стоящую фигуру среди трупов, ей была невыносима мысль оставлять его одного, но она должна была уважать обычаи воинов зиланта. Поэтому подавив эгоистичное желание последовать за ним, она рванула к сестре.
— Девушка, вы спускаетесь? Тут вообще-то очередь, — жирная рука прошлась по лопатке певчей, отчего та поежилась, но обернулась с извиняющей улыбкой.
— Ой, простите, я немного растерялась, — мужчина с блестящей, как новая кастрюля, головой, зарделся от внимание красивой девушки.
— Ну что вы, я понимаю, просто сзади такая скверная тётка, — он наклонился к ней близко и зашептал в ухо, Фамке подавила приступ тошноты, улыбнулась ещё ярче и поспешила спуститься с поезда.
— Какие-то проблемы дорогая? — Любезная улыбка окрасила лицо Торонта, а вот певчую действительно чуть не вырвало. На нём была шляпа, очки и усы, конспирация высшей степени.
На перроне было не протолкнуться, девушка даже позабыла какого это оказаться среди такого количества людей и не бояться получить пулю затылком. Она поправила новое платье, пальто, крепче схватила чемодан, в котором хранила арбалет и зашагала в сторону выхода под руку с тем, кого хотела сильно придушить. На плечо упал кончик отстриженных, медовых волос. Она вздрогнула, позабыв о том, какие изменения произошли прошлым днём.
Им пришлось расстаться с Эмс в Янатане. Сестра объяснила, что ей нельзя возвращаться, не тогда, когда вампиры знают о возращении Феникса, они будут пытаться остановить её всеми способами. Чтобы выступить в открытую, ей необходимо сначала нарастить мощь, а значит найти все медальоны и стражников. Бакстер и Икрам будут сопровождать на всём пути. Она пообещала, как станет сильнее вернётся и вылечит мать, а пока младшей сестре придётся остаться за главную. Но даже не это её больше пугало и раздражало. Эмс приняла помощь Торонта, тот обещал спрятать её семью, дать новые личности и заботиться. Фамке зашипела, вспоминая его лицо полное боли и смущения во время клятвы в верности, как будто это повод довериться ему. Но взгляд старшей сестры в пух и прах раздавил закипающий спор. Парень открыл дверь нового автомобиля, эта была абсолютная новинка, машины начали изобретать лишь годом ранее, и мало кто мог даже прикоснуться к такой роскоши, а сейчас певчая обомлела. Эта была красивая конструкция с плавными линиями, напоминала низкую, удлинённую карету в черном цвете. Подавляющее большинство пользовалось последним транспортом, стоила для лошадей, навоз был везде. Автомобилей в Рохаве можно было по пальцам пересчитать, если не считать официальных органов власти, которые открыли охоту на семью Руаре. Торонт ранее заверил, что мать перевезли в безопасное место и сейчас они направлялись туда же.
— Ну же, пташка, мы ведь уже выяснили, что не я убил вашего соседа. Доверься мне в последний раз, я ни за что не причиню вред сестре прародителя.