Взмахом широкого меча Падишар приказал снова идти вперед. Теперь он повел их быстрее, будто чувствуя, что не все в порядке и скорость сейчас важнее осторожности. Они шли мимо огромных, блестящих от влаги стволов деревьев, казавшихся в сумраке молчаливыми часовыми. Свет быстро таял, становясь вместо серого темно-синим.
Пар вдруг почувствовал: кто-то следит за ними. Он ощутил на себе чей-то взгляд, и волосы у него встали дыбом, он начал торопливо оглядываться по сторонам. Однако ничто не двигалось в тумане, ничего не было видно.
— Что случилось? — прошептал ему в ухо Морган, но Пар только покачал головой.
Наконец они увидели каменные плиты и опоры разрушенного моста Сендика, как огромные клыки, уродливо торчащие из густого леса. Падишар ускорил шаг, остальные поспешили за ним. Они удалялись от стены ущелья, углубляясь в лес. Казалось, что Преисподняя заглатывает их, заворачивая во мрак и туман. Обломки моста, лежащие среди каменного крошева под покровом поросших мхом хилых деревьев, казались призрачными в меркнущем свете.
Пар сделал глубокий вдох. Старые легенды гласили, что меч Шаннары погружен лезвием в глыбу красного мрамора и помещен в склеп под прикрытием моста Сендика.
Он должен быть где-то поблизости.
Пар помешкал. Меч вделан в глыбу красного мрамора, сможет ли он вытащить его оттуда? Сможет ли хотя бы войти в склеп?
Его глаза пристально вглядывались в туман. Что, если склеп погребен под обломками моста? Как тогда добраться до него?
Он почувствовал прилив отчаяния: так много вопросов — и ни одного ответа.
Вдали сквозь серую дымку виднелись скалы. Он мог рассмотреть западный угол бывшего дворца королей Каллахорна — темную тень в проеме между деревьями. Он почувствовал, как у него сжалось горло.
«Я не могу уйти отсюда без меча Шаннары! — мысленно поклялся Пар. — Не важно, чего это будет стоить, я не уйду».
Снова послышалось шипение, на этот раз гораздо ближе. Падишар замедлил шаг и остановился, настороженно оглядываясь. Вместе с Друттом и Стасасом он прошел несколько шагов вперед, прикрывая собой долинцев и горца, потом начал медленно продвигаться вдоль кромки развалин.
Шипение стало громче, отчетливее, это было уже не шипение, а чье-то дыхание.
Взгляд Пара в отчаянии обшаривал темноту. Что-то приближалось к ним, наверное то самое что-то, которое убило Синего Кибу, а до него всех тех, кто спускался в Преисподнюю. Он был уверен в этом. Но сейчас он пытался разглядеть не того, кто приближался к ним, — Пар искал склеп, в котором лежит меч Шаннары.
С ним творилось что-то непонятное.
Он почувствовал, как внутри него что-то боролось и рвалось из оков, которых он не мог ни видеть, ни осязать. Внутри него нарастало напряжение, какого он никогда раньше не испытывал.
Колл увидел его лицо и побледнел.
— Пар? — озабоченно прошептал он, дотронувшись до его плеча.
Вокруг них в тумане появились красные точки, словно во мраке и сырости загорелось множество огоньков. Они двигались, мигая и приближаясь. Из тумана появились лица, когда-то принадлежавшие людям, но сейчас плоть сползала с черепов и разлагалась, черты уродливо исказились. Из мрака вынырнули и тела, принадлежавшие головам, — одни огромные, другие угловатые и скрюченные, но все невероятно изуродованные, как будто их растягивали и скручивали, чтобы посмотреть, что можно сделать с когда-то живым человеческим телом. Большинство этих созданий ковыляло согнувшись, некоторые передвигались на четвереньках.
В течение нескольких секунд они окружили маленькую группу плотным кольцом, создания из какого-то дьявольского кошмара, осколки ночных ужасов, материализовавшиеся в реальном мире. Темные бестелесные создания влетали и вылетали из этих шаркающих тел, проникая сквозь рты, глаза, поры кожи и волосы.
Порождения Тьмы!
Напряжение, которое испытывал Пар Омсворд, стало невыносимо. Что-то рвалось наружу через солнечное сплетение. Он видел ожившие видения из его снов, темный мир людей, более похожих на диких зверей. Он видел сбывшееся предсказание Алланона.
Что-то с силой вырвалось из его тела. Пар закричал, и его спутники замерли от неожиданности. Вылетавшие из него звуки приняли очертания и превратились в слова. Он пел, и магия песни желаний пламенем вспыхнула в воздухе, осветив темноту. Порождения Тьмы отпрянули, неожиданная вспышка вызвала ужас на их лицах, язвы и раны на их телах заполыхали алым цветом. Пара захлестнул поток энергии, магия песни желаний повелевала им самим. Перед его мысленным взором возникло видение — меч Шаннары.
Свет магии, бывший сначала только иллюзией, внезапно стал реальностью. Он становился все ярче, пронзая тьму, сверкая так ярко, что тьма отступила перед ним. Этот свет метался из стороны в сторону, словно зверь, пытающийся вырваться из западни, он огибал каменные глыбы, оставшиеся от моста Сендика, перепрыгивал через стволы упавших деревьев, продирался ярким пламенем через заросли кустарника, туда, где в сотне футов от них среди зарослей высокой травы стоял одинокий склеп, обвитый плющом.
Пар почувствовал, как по его телу пробежала волна ликования.
«Там!»
