Несколько долгих минут они шли по лесу. Открытые места заливал лунный свет, и Пару было легко следовать за котом. Он видел, как тот ловко скользит впереди него, не задевая веток. Это существо казалось призраком. Потрясение прошло, его сменило удивление. Кто-то послал за ним кота, и он догадывался кто.
Они вышли на поляну, посреди которой несколько ручьев сливались в небольшое озерцо, залитое лунным светом. Вокруг росли старые плакучие ивы, их ветви отбрасывали причудливо переплетающиеся тени.
Кот подошел к воде, сделал несколько глотков и уселся, посматривая на юношу. Пар остановился.
— Здравствуй, Пар, — поздоровался с ним кто-то.
Он огляделся и заметил человека, сидящего на толстом пне и почти неразличимого в тени. Пока Пар присматривался, тот встал и вышел на свет.
— Здравствуй, Уолкер, — ответил Пар. Его дядя был в точности таким, каким запомнил его племянник, и в то же время совершенно другим. В его чертах была видна — хотя и не так заметно, как в Паре, — эльфийская кровь, ослепительно белая кожа контрастировала с черными как смоль волосами до плеч и короткой бородкой. Глаза тоже остались прежними; даже сейчас, глядя из темноты, они видели насквозь. Трудно было сразу понять, что в нем изменилось. Что-то незнакомое было, пожалуй, в его движениях и в голосе, хотя он почти ничего и не сказал. Казалось, Уолкер окружен невидимой стеной, за которую невозможно проникнуть.
На нем была свободная одежда лесного скитальца: штаны, рубаха, короткий плащ и сапоги из мягкой кожи — все под цвет земли и листвы. Уолкер Бо подошел ближе и взял руки Пара в свои.
— Хорошо ли вы устроились в доме? — спросил он.
Пар уже пришел в себя:
— Уолкер, я ничего не понимаю. Почему ты здесь? Почему не встретил нас, когда мы пришли? Ведь ты знал о нашем приближении.
Дядя отпустил его руки и отступил назад.
— Присядем, Пар, — пригласил он племянника и пошел обратно в тень, не дожидаясь ответа. Пар последовал за ним, и они уселись на пень.
Уолкер внимательно осмотрел Пара.
— Я буду говорить только с тобой, — тихо сказал он. — И только один раз.
Пар молча ждал продолжения.
— В моей жизни многое переменилось, — помолчав, снова заговорил дядя. — Я думаю, ты немного помнишь меня, но мало что из того имеет сейчас ко мне отношение. Я покончил с прежней жизнью в Тенистом Доле. Я ушел от безумцев, жизнь которых подчиняется нескольким простейшим инстинктам, отделился от людей всех рас и национальностей, от их жадности и предрассудков, от их войн и политики, от их ужасных теорий. Я пришел сюда, Пар, чтобы жить в одиночестве. Конечно, я всегда чувствовал себя одиноким. Разница в том, что сейчас я одинок не потому, что меня обрекли на это другие, но потому, что я выбрал это сам. Я могу оставаться самим собой и не чувствовать себя при этом чужаком. — Он едва заметно улыбнулся. — Ты, конечно, понимаешь меня, Пар? Ведь в тебе тоже живет магия, и это заметно. Она отделяет тебя от других. В эти дни трудно быть Омсвордами, потому что Омсворды получили в наследство от своих предков эльфов магию, а ни магию, ни эльфов сейчас никто особенно не почитает. Я устал быть не таким, как все, устал находиться под пристальными взглядами, в которых недоверие и подозрительность. Я устал от того, что думаю не так, как другие. И с тобой случится то же самое, если не случилось уже. Это в порядке вещей.
— Меня это не беспокоит, — горячо ответил Пар. — Магия — это дар.
— Ах вот как! Но дар вовсе не то, что надо скрывать, как постыдную болезнь. Не то, что делает тебя подозрительным в глазах людей, чего ты стыдишься, что даже пугает тебя. Ты называешь даром то, что может тебя погубить…
Эти слова прозвучали с такой горечью, что Пар похолодел. Но неожиданно настроение дяди изменилось — он снова успокоился и наклонил голову, словно признавая свою вину:
— Я иногда выхожу из себя, когда говорю о прошлом. Извини. Я вызвал тебя, чтобы поговорить совсем о другом. Но только с тобой, Пар. Я предоставил дом тебе и твоим товарищам, но не приду к ним. Меня интересуешь только ты.
— А как же Колл? — смущенно спросил Пар. — Ты хочешь говорить со мной без него?
Уолкер улыбнулся:
— Подумай сам, Пар. Я никогда не был с ним близок так, как с тобой.
Пар молча посмотрел на него. Он говорил правду. С Уолкером его связывала магия, и Коллу здесь делать нечего.
— Кроме того, — мягко заключил Уолкер, — то, о чем я хочу с тобой говорить, касается только нас двоих.
Пар догадался, что он имеет в виду:
— Сны. — (Дядя кивнул. ) — Значит, ты тоже видел во сне силуэт в черном, похожий на Алланона? Он стоял перед Хейдисхорном, предупреждал, призывал к себе? — У Пара перехватило дыхание. — А что старик? Он к тебе приходил? — (Уолкер снова кивнул. ) — Это в самом деле Коглин?
Лицо Уолкера Бо было непроницаемо.
— Да, Пар, в самом деле.
Пар вспыхнул от удивления и всплеснул руками:
— Не могу поверить! Сколько же ему лет? Он ведь был когда-то друидом. Уолкер, он живет здесь, с тобой?
