— Я долго размышлял над тем, что случилось с мечом Шаннары, — задумчиво произнес Падишар, остановившись на таком расстоянии, чтобы дети не слышали. — Ведь это и часть истории моей семьи. Мне всегда казалось странным его бесследное исчезновение. Он был вделан в мраморную глыбу и заперт в склепе целых двести лет. Как мог он так просто исчезнуть? Не испарилось же все это? — Он посмотрел на Омсворда. — Дамсон потратила много времени, чтобы найти ответы на эти вопросы. Только немногие помнили о том, как все это произошло. Теперь все они мертвы, но их память перешла ко мне.
Улыбка Падишара стала похожа на волчий оскал.
— Теперь у меня есть повод проверить, насколько правдива эта история, — есть ли в ущелье меч Шаннары. Мы с тобой должны ответить на этот вопрос. Воскрешение эльфийской магии дома Шаннары, молодой Омсворд, возможно, станет ключом, открывающим дверь к свободе для Четырех Земель. Мы должны это выяснить.
Дамсон Ри покачала рыжей головой:
— Слишком уж ты торопишься расстаться с жизнью, Падишар. И не дорожишь жизнями других, таких, как этот мальчик. Я никогда этого не пойму.
Она отошла и стала собирать детей. Пар не обиделся на то, что девушка, которая была явно моложе его, назвала его мальчиком.
— Остерегайся ее, Пар Омсворд, — пробормотал предводитель мятежников.
— Похоже, она не верит в наш успех, — заметил Пар.
— Она беспокоится без всяких оснований! Нас будет семеро против тех, кто охраняет Преисподнюю. А если им будет помогать какая-то магия, то у нас есть твоя магия, да еще клинок Моргана… Ну хватит об этом. — Он посмотрел на небо. — Скоро стемнеет, долинец. — Он дружелюбно положил руку Пару на плечо и повел его к Дамсон Ри и детям. — Когда наступит темнота, — прошептал он, — мы проверим, что случилось с мечом Шаннары…
Мнимая семья Падишара Крила подошла к выходу из парка и собиралась уже сворачивать на Тирзисскую Дорогу, когда Дамсон Ри сказала:
— Часовые, патрулирующие вдоль стены, сменяются в полночь возле здания, где пост Федерации. Я устрою там маленькую заварушку и на некоторое время отвлеку их внимание, чтобы вы успели проскользнуть в Преисподнюю, раз уж решились на это. И непременно с западной стороны.
Она протянула руку, вытащила у Пара из уха серебряную монетку и протянула ее ему. На монете был ее портрет.
— На счастье, Пар Омсворд, — сказала она. — Потому что ты отправляешься вместе с ним.
Она строго взглянула на Падишара, взяла за руки детей и пошла не оглядываясь, выделяясь в потоке людей своими яркими волосами. Мужчины смотрели ей вслед.
— Кто она такая? — спросил Пар, когда девушка исчезла из виду. Падишар пожал плечами:
— Она та, кем хочет быть. О ее происхождении ходит столько же легенд, сколько и о моем. Нам тоже пора.
Он повел Пара обратно, опять по боковым улочкам и переулкам. На улицах все еще толпилось много людей, толкавших друг друга, злых, покрытых пылью. Солнце уходило на запад, уступая дорогу вечеру, удлиняя тени, но было еще жарко — нагревшиеся за день стены домов и мостовые отдавали накопившееся тепло. Пар посмотрел на небо. На севере уже виднелась луна, на четверть полная, на востоке начали появляться звезды. Он хотел обдумать все, что узнал о мече Шаннары, но поймал себя на том, что вместо этого думает о Дамсон Ри.
В подвал они вернулись еще до наступления темноты, их с нетерпением ожидали Колл и Морган. Падишар добродушно улыбнулся и объявил, что все подготовлено. В полночь он сам, Пар, Колл, Морган и Синий Киба предпримут вылазку в ущелье. Они спустятся туда по веревочной лестнице, а Стасас и Друтт останутся наверху. Они поднимут лестницу, когда их товарищи спустятся, а потом спрячутся и будут ждать их возвращения. Затем снова спустят лестницу, и, когда часовые разойдутся, все уйдут тем же путем, каким пришли.
Крил не объяснил, зачем все это делается, и ни один из его людей не решился спросить об этом. Они дождались, пока он закончит говорить, и снова занялись своими делами. Колл и Морган, наоборот, еле сдерживались, и Пару пришлось отвести их в сторону, чтобы объяснить все в деталях. Они втроем присели на мешки с шлифовальным порошком в углу. Масляные лампы тускло освещали подвал. Город над ними, казалось, замер.
Когда Пар все рассказал, Морган в сомнении покачал головой.
— В это трудно поверить: целый город забыл, что существовал еще один Народный парк и мост Сендика, — усомнился он.
— Вовсе не трудно, если учесть, что это вбивалось людям в головы больше ста лет, — быстро возразил Колл. — Подумай об этом, Морган. Разве только мост и парк исчезли из человеческой памяти? Федерация уже триста лет переписывает всю историю Четырех Земель.
— Колл прав, — поддержал его Пар. — С уходом Алланона мы потеряли свою историю. «История друидов» — единственная книга об истории всех народов. И где она теперь — неизвестно. Нам остались только устные рассказы и легенды.
