Ведьмак открыл глаза и отер испарину со лба.
Бившие в окно лучи восходящего солнца ослепили его, и он устало заморгал слезящимися глазами. Рядом с ним Ирен поддерживала бледную Кристл, приводя ее в чувство исцеляющим заклятием. Поблекшие татуировки рун на коже феи будто выцвели, став едва различимыми.
— Она очень слаба, но скоро очнется, — с уверенностью произнесла Ирен. Под глазами королевы расплылись круги, а лицо осунулось от бессонной ночи, но по ее глазам ведьмак понял, что она подробно обдумывает увиденное.
— Йозгеррад, — задумчиво прошептал Хару, опускаясь рядом с женой. — Ведь это он!
Ирен даже перестала ворожить, такое волнение прозвучало в голосе ведьмака.
— Это его я видел вечером на холме, где погиб Аскарон!
— Хочешь сказать, ты его видел, когда он забирал доспех Аскарона?
— Именно! Также, я уверен, что видел его силуэт на болоте над могилой Змея! Я даже почти не сомневаюсь, что это Йозгеррад оставил те подсказки в виде изображения солнца над нужными нам тоннелями. Думаю, он надеялся, что мы выманим тварь из логова, а то и нам повезет прикончить ее, а он заберет трофей.
— Невероятно, — покачала головой Ирен, — он был так близко и часто шел за нами…
Разговор ведьмаков прервал натужный кашель Кристл. Фея, опираясь на руку Ирен, попыталась подняться.
— Йозгеррад может найти себе новых союзников и завершить то, что начал, — прошептала она.
— Или хуже, — пробурчал Хару, — если он узнает, что душа Аскарона заточена в тебе, даже боюсь представить, что он примет, чтобы освободить ее.
— Ты прав, затягивать дальше слишком опасно. Эта борьба с Аскароном и снятие проклятия Сферы с Солнечных эльфов сильно ослабили меня. Душу Темного Всадника следует как можно скорее заточить в недоступном месте.
Кристл глубоко вздохнула, массируя виски. Солнце, проникшее в гостиную, прошлось лучами по волосам феи, вновь придавая им роскошный сверкающий вид.
— Но есть одно большое но! — продолжала рассуждать фея. — Чары Горы Смерти веками подвергались натиску разъяренных духов. И теперь, спустя многие столетия, силы Горы значительно ослабли. К тому же, Сфера, заточенная в недрах этой темницы, думаю, скоро опомнится, и начнет искать выход в мир живых, а если в Гору будет отправлена еще и душа Аскарона, боюсь даже представить, что может произойти!
Хару тяжело нахмурился и вздохнул. Что ж, он знал, что его могущественные враги еще долго будут давать о себе знать.
— То есть, ты хочешь сказать, что, соединись Сфера и Аскарон вновь, то чары Горы Смерти могут не выдержать? — уточнил юный король.
— Именно так. Теперь, чтобы навеки заточить души Аскарона и Сферы в темницу, следует прежде во много раз усилить заклятие Горы. И кто знает, сколько времени уйдет на то, чтобы найти и создать нужные чары. Боюсь, могут уйти годы!
— Что, ж, — решительно подвел итог Хару, — значит, мы всеми силами будем искать нужное заклинание, а пока, ты должна быть настороже. И еще неизвестно, что успеет разузнать Йозгеррад о судьбе Аскарона, и что он натворит за эти годы. Нам следует поторопиться.
— Вы правы, но, возможно, угроза со стороны этого таинственного некроманта не так уж сильна, — с улыбкой добавила Ирен, — теперь, в Токании не осталось ни одного мага, равного Сфере или Аскарону, который бы захотел стать союзником некроманта. Так что, не унывайте, друзья! Йозгеррад совсем один, и ни одно королевство не примет его!
— Я тоже почти уверен, что все обойдется, — вставил Хару, помогая Кристл подняться, — более того, Йозгеррад мог погибнуть в битве за Азшару. Он, конечно, сильный маг, но мало кто может долго противостоять напору огненного дыхания драконов! Ведь после смерти Вирджила драконы чуть не сожгли город дотла.
Кристл благодарно улыбнулась друзьям, соглашаясь с их доводами.
