Он потащил сослуживца за собой по мосту на твёрдую землю, где измождённое тело упало и осталось лежать на спине. Глаза Лаунхуга были закрыты. Под его маской слышались протяжные всхлипывания. Ример стянул с него защитную ткань. Тёмные волосы приклеились к бледному лицу.
— Где?
Тот не ответил.
— Лаунхуг, где?! — Ример не стал дожидаться ответа. Он провёл рукой по груди воина, тот вздрогнул, когда Ример дотронулся до одного места. Пара рёбер сбоку. Они часто ломаются в этом месте. Неудивительно, что он так задержался.
— Тебе долго пришлось бежать с переломом?
Лаунхуг кивнул.
— Из Равнхова, — выдавил он.
— Тебя рвало? — прошло немного времени, прежде чем Ример дождался ответа. Лаунхуг помотал головой:
— Я не знаю. Нет.
Голос его был хриплым. Понятно, что он ни с кем не говорил с тех пор, как покинул Блиндбол. Но что-то не так. Его реакция слишком сильна. Сломанное ребро могло стать источником жуткой боли при определённых обстоятельствах, но оба они переносили более серьёзные травмы, ведь они были Колкаггами. Существовало всего лишь одно объяснение его реакции. Ример уселся на траву рядом со сломанной тенью.
— Ты провалил задание.
Лаунхуг попробовал сесть, но Ример прижал его обратно к земле. Он отдал всё, чтобы вернуться в лагерь, и теперь ему требовался отдых. Но сперва Ример должен проверить, насколько серьёзны его повреждения. Он расшнуровал костюм Лаунхуга и обнажил его торс. Лаунхуг не протестовал. Он лежал, прикрыв рукой лицо. Кожа на его боку была горячей и воспалённой. Даже в темноте Ример видел, что она покраснела.
Но Лаунхуг не замечал манипуляций Римера. Он что-то шептал себе под нос. Хриплое самобичевание, приправленное размышлениями о том, что он сделал не так. Какие-то обрывки мыслей о том, что всё прошло бы совсем иначе, если бы только он огляделся. Если бы только дождался наступления темноты, как планировал. Если бы только он не стал хвататься за первую предоставившуюся возможность.
Ример провёл рукой по припухлости на его боку до самого плеча. Он обратил внимание на круглый символ на руке Лаунхуга. Чёрный, со стилизованной фигурой в центре. Ример похолодел. Он не видел всего рисунка, скрытого под рукавом костюма, но ему и не надо было. Он прекрасно знал его. Это изображение новорождённого Римера. Дитя под крылом Всевидящего. Священный ребёнок. Ребёнок Ан-Эльдеринов. Этот символ распространён по всему миру, есть много амулетов с таким изображением. И икон, и картин в чертогах, и книжных закладок.
Конечно, он не один такой. Священные имена семей Совета и их изображения бок о бок висели в торговых лавках, но способность ребёнка Ан-Эльдеринов обманывать смерть сама по себе была хорошим товаром. Даже в качестве татуировки, угольно-чёрного изображения, которое на всю жизнь останется на руке Лаунхуга. И тем не менее он лежал на траве, сломанный и измождённый. Ример сжал челюсти.
Он заметил порез на своей руке и вытер кровь о траву. Ример вспомнил рыжеволосую девушку у Аллдьюпы, которая пыталась спрятать свою раненую руку за спиной.
— Это она виновата, — Лаунхуг прекратил рыдать. Голос его был монотонным, как будто он знал: всё, что он скажет, не будет иметь никакого значения. И это, конечно, правда. — Я ничего не мог сделать.
— Лаунхуг, тебе не надо…
— Внезапно она оказалась передо мной. Она закричала, и всё… было потеряно.
Ример не останавливал его. Лаунхуг провалил задание. Ему надо было вытеснить это из тела, проговорить вслух, хотя он и поклялся хранить молчание.
— Наверное, она была там всё время! Что она там делала?
У Римера не было ответа.
— Как я мог не заметить её? Её волосы горели огнём, как пасть дракона! Она стояла прямо позади меня и кричала.
Ример замер.
— Что именно?
— ЭЙРИК!!! — Лаунхуг заорал так, словно это имя было проклятием. Ример обрадовался, что они находятся далеко от лагеря, но разведчики наверняка услышали крик. Скоро они будут здесь.
Равнхов. Частая тема за стенами Эйсвальдра. Головная боль Совета. Предатель путей Всевидящего, по их словам. Но Эйрик был вождём. Убивать его не только рискованно, такое действие свидетельствовало об отчаянии.
— Она была большой?
Ример мучился от того, что решился задать этот вопрос.
— Едва достигла ритуального возраста! Девчонка! С диким взглядом, в свитере, похожем на мох. Её было невозможно заметить!
Ример улыбнулся. Значит, Хирка направляется на Ритуал. Через Равнхов. Его улыбка померкла. Она спасла Эйрика от Колкагг. Лаунхуг провалил задание из-за неё. Произошло покушение на убийство. Какие последствия это будет иметь в нынешней напряжённой ситуации, предугадать невозможно.
Лаунхуг пробормотал что-то про форпосты. Равнхов выставил заграждения у подножия горы Бромфьелль. Отправил разведчиков в Маннфаллу. Провёл собрание сильных мужей. Собрание, во время которого он дожидался Эйрика. Мередир Бейг. И женщина. Вейла Инсбротт. Они собирали сторонников.
