Исай что-то шепнул Рвачу. Тот в свою очередь прильнул к уху Ахмата. Баскак подозвал палачей, буркнул им по-татарски, а по-русски крикнул Рвачу:
— Эй! Самсон голов коназ Святослав не нужен?
— Нет, не нужна, — ухмыльнулся Рвач.
— Так за его предатель начинай сдирай шкура с голова. Мане кажесь, со лба начинай надо. Ты как думал?
— Конечно, со лба, — согласился Рвач.
Самсон снова заголосил:
— Я пригожусь! Я пригожусь!..
— Так говоришь — пригодишься? — прищурился Рвач. — Ну, тогда слушай! С нонешнего дня будешь в полной моей воле. Ежели что — сдохнешь ещё хуже, чем эти, понял?
Самсон не мог вымолвить ни слова и только кивал. Коротко переговорив с баскаком, Рвач приказал:
— Исай! Развяжи его!
Несколькими взмахами сабли супоневые верёвки были разрублены, и обессиленный Самсон упал в заледеневшую лужу.
Кровавая оргия закончилась. Ахмат с Рвачом, прохаживаясь, любовались результатами своих деяний. Подошли к жавшимся друг к дружке странникам, схваченным ещё раньше во время охоты за людьми. Странники с ужасом смотрели на палачей, ожидая жестокой расправы.
Ахмат что-то буркнул нукеру, и вскоре татары принесли одежду, головы и кисти рук казнённых, а Рвач обратился к странникам.
— Наш несравненный господин Ахмат милосерден к тем, кто не сопротивляется его воле, — торжественно заявил предатель. — Вы покорны господину, поэтому он не только дарует вам жизнь, но и жалует одёжу бунтовщиков.
Странники засуетились, кривя рты в жалких улыбках, и трудно было понять, радуются они или печалятся. Татары стали швырять им окровавленную одежду, но странники боялись прикоснуться к ней, пока Рвач не рявкнул:
— И с вас шкуры посымать?
И они начали хватать пахнущие кровью зипуны, кафтаны и сапоги.
— Та-а-ак! Ну сущие бояре стали! — с издёвкой промолвил Рвач. — А теперь послужите-ка за ласку и подарки господину Ахмату. Берите вот эти руки и головы, ходите из земли в землю и везде громогласно объявляйте: «Так будет с каждым, кто посмеет оскорбить господина Ахмата!»
Странники с трепетом подчинились: разобрали кому что досталось по котомкам и поплелись по дороге в сторону Липеца. Рвач, довольный собой, в сопровождении Исая направился к лобному месту, чтобы навести там порядок. К нему, уже на коне, приблизился с небольшой свитой Ахмат и важно процедил:
— Я поехала, а тута оставляй моя брата Вагиз. В Турова Абдулла. Глядел и оберегал их. Понимай?
— Понял-понял, господин, — поспешно заверил Рвач. — Всё будет в порядке!
Подстегнув коня, баскак ускакал.
Не прошло и недели, как Святослав Иванович поднялся на ноги. Состояние подавленности у его людей прошло, и липчане начали готовиться к новым боям.
В княжеской избе Святослав собрал уцелевших знатных людей. Их было немного: князья Александр и Даниил, а также Семён Андреевич, прибывшие из Орды Василий Шумахов, Андрей Кавырша и чудом уцелевший Дорофей Космачов.
— Братья мои, — спокойно начал свою речь Святослав. — Мы разгромлены, и городов у нас больше нету, их пожгли татары. Мы не знаем судьбу Гаврилы Василина Космача, Агафона, Ивана Степановича Гольцова, Долмата. Может, они погибли, а может, в руках татарских извергов. Да, воинства нашего побито много, а тут ещё плохую весть привёз из Орды Василий Шумахов. Царя Телебугу настраивает против нас Олег Воргольский, и хан требует меня на суд...
— Не бывать тому! — взорвался Даниил. — Мы всё равно разбиты, и терять нам уже нечего, кроме князя. Потеряем тебя — совсем конец. Надо собрать силы и ударить по Ахматовым слободам.
— Хоть и молод князь Данила, и горяч, а говорит разумно, — поддержал юношу Семён Андреевич. — Неча смерть искать нашему князю в Орде. В лесах будем жить, а покою татарам не дадим.
— Я согласен, — кивнул князь Александр.
— Людей у нас мало, — печально вздохнул Святослав. — Борьба с нехристями — дело богоугодное, да дружина почти вся полегла на поле брани.
— Ничего, народ соберём! — заверил брата Александр. — Смердов и верных холопов военному делу за зиму обучим. Нужно только гонцов послать во все концы Черлёного Яра.
— Ну хорошо, на том и порешим... — Князь Липецкий поморщился от боли, встал и пошатнулся. Даниил с Василием Шумаховым успели подхватить его под руки.
— Ладно-ладно, пройдёт... — еле шевеля губами, проговорил Святослав.
— Княже, да тебе ещё лежать надо! — появился на пороге знахарь Симон. — Ты ещё слаб. Ведите его в опочивальню...
В отсутствие больного Святослава Ивановича подготовку к обучению дружины взял на себя князь Александр.
Демьян с Антоном Свиристелкиным и Евтеем Ломовым отправились в урочище Плющань. Демьяна встретили не очень-то приветливо. Косясь на его спутников, Кунам рыкнул:
— Зачем притащил чужих людей? — Помолчав, спросил: — А где Иван?
— Негу больше Ивана, — снял шапку Демьян. — Убили татары при осаде Липеца. Царствие ему небесное...
Остальные тоже сняли шапки и перекрестились.
— Слыхали про вашу беду, — сочувственно молвил атаман.
— А чего ж на помощь не пришли? — нахмурился Демьян.
