Я все это понимала, но принять не могла. Боль не давала мне размышлять логично. Я решила встретиться с Лили. Ведь я так мечтала увидеть ее, познакомиться с ней. И пусть я пропустила бал, она найдет время принять меня. Мне пришлось расплатиться с демоном времени за весь род людей и иных. Она-то знает, что такое потерять любовь. Она пережила слишком много, она так же осталась одна с ребенком. Да, ее история завершилась хепи эндом, но сколько же ей пришлось пережить до этого счастливого конца. Она не знал, что Адам будет с ней, что он любит ее. Будущая королева вампиров три года жила в аду, но научилась справляться с этим. Я верила, что она мне поможет, успокоит. Но она не успокоила.
–Ты очень сильная девочка. Но я могу сказать одно. Боль притупляется, но не проходит. Я не жила, я бредила, я боялась встретиться с Адамом и желала этого больше всего на свете.
Я жила с удушающей болью. Не верила, что справлюсь. Мне помогала моя дочь, Демис и Ник – мой друг. – Она отвела взгляд. Я не совсем поняла, но почувствовала ее боль утраты. – Эту боль я не могу победить, но знаю, что он со мной. – Лили печально улыбнулась. Она такая красивая. Мне казалось, что не бывает такой совершенной красоты в реальной жизни. А ее неземные черные глаза завораживали с первого взгляда. Они заставляли бояться ее, но от них невозможно отвести взгляда. Колдовские очи.
–Ты это переживешь, у тебя есть сын, семья. Ты не забудешь, но у тебя нет другого выбора. Ты нужна Эрику. Верь в чудо, оно однажды обязательно произойдет. Не обязательно такое чудо, которое ты хочешь, но какое-то обязательно будет. – Ах, как же эта необычная девушка умеет сопереживать. – Ты научишься жить с этой болью. Ты сможешь жить среди сверхсуществ. Ты всему научишься. Я ведь смогла . – Она улыбнулась. – А учиться мне надо было многому. Знаешь, недавно была такая ситуация. Одна легкомысленная молодая вампиресса устроила резню в собственном доме. Я должна была объяснить ей, что теперь так точно делать нельзя. Одни говорили, что не стоит наказывать ту девочку, она еще совсем глупенькая, ее никто не учил. Меня так же никто не учил, за исключением Адама. Он научил меня защищаться. В остальном я сотворила себя сама. Кто же мешает той девочке следить, наблюдать, учиться жить? Ведь каждый из нас желает завладеть миром и потопить его в крови. Но мы не пытаемся это сделать. Я сама научилась скрывать чувства, избегать опасных ситуаций, убегать, обманывать и мотать на ус. Я научилась всему: помалкивала, отвлекала внимание, наблюдала и научилась пользоваться ситуацией. Я научилась всему, что помогло мне выжить. Я научилась сама.
У Адама я научилась думать и планировать, у других – быть хитрой. И ты сможешь. А эти знания помогут тебе выйти из ступора и найти новый смысл для старых вещей.
После разговора с королевой вампиров, мне стало легче. Ее аура прохладная и свежая, как легкий утренний бриз, приглушила мою боль, дала новые силы, новые мысли.
Ночью воздух в моей комнате завибрировал. Чуть не сбив кресло-качалку, я рванула к сыну. Я боялась нового нападения демона, необоснованно, но я все эти восемь месяцев была настороже. Уже прошло достаточно много времени, но паника, к которой я привыкла за пару месяцев беременности, меня не оставляла.
Я закрыла себя и малыша пеленой защиты. Сын почувствовал мой страх, поддержал меня своей силой, но только ветер в комнате усилился, малыш убрал свою энергию и улыбнулся мне. Впервые улыбнулся! А я крепко сжала губы. Я боялась и понимала что не зря. Сила гостя была ужасна. Я ощущала знакомую ауру древа и ее возросшую мощь. Я видела серую пыль и рождающийся в комнате ураган.
Все завертелось: одежда, погремушки, книги и журналы. Зазвенела хрустальная люстра, тьма поглотила комнату, и я зажмурила глаза, подпитывая всей своей энергией пелену защищающую нас.
В секунду тьма исчезла, все игрушки и вещи повалились на пол, в комнате, освещенной лишь светом полной луны, возник силуэт. Я смотрела на него не моргая. Тень тяжело вздохнула. Я видела этот вымученный вздох. Демон повернулся.
Патрик.
–Патрик! – Закричала я, сняла защиту, малыш завизжал от радости, а я уложила Эрика в кроватку и бросилась к человеку, которого считала погибшим. Он смотрел на меня, улыбался и протянул руки. Я прижалась к нему, чуть не сбив его с ног.
Я плакала у него на груди. Малыш заплакал в колыбели из-за того, что его долгожданный папа так долго не берет его на руки.
Патрик повернул мое лицо к себе, поцеловал так, словно ждал этого сотню лет.
Я отпустила его. Он поспешил к Эрику, взял его на руки и прижал к себе. В его глазах застыли слезы.
Только теперь я рассмотрела своего призрака. Он похудел, но возмужал. Его черный плащ больше походил на истерзанные доспехи рыцаря. Кое-где зияли дыры, кожа рваная и резанная. В волосах появилась седина, темные круги под глазами, руки изранены. Он осунулся и словно постарел.
–Что с тобой произошло? – Неожиданно для меня самой в темноте комнаты прозвучал мой голос.
