- Мою кончину? Ха! Да попадись мне в руки хоть один из этих врунишек, я бы его славно вздул! Мою кончину! Да, признаюсь, меня порядком помяло в той проклятой пещере и если бы не рыбаки, которые были со мной рядом в момент взрыва, возможно, я бы там и остался. Но они помогли мне выбраться, хотя мои ноги были почти раздроблены. Представьте себе, господа, меня одного несли трое дюжих бретонцев! Но в себя я пришел очень скоро, а на корабле, Арамиc, разумеется, позаботился обо мне. Он дал мне какое-то чудодейственное зелье, и я заснул как младенец! Вы не поверите, друзья мои, там было всего полстакана, а мне хватило для того, что бы почти неделю проспать! Разумеется, эти идиоты-гвардейцы, которые пытались нас захватить, (будто можно доверить такое дело растяпам, которые не в состоянии и свечу от яблока отличить) поверили в мою смерть! Глупцы! В Испании я проснулся, как ни в чем ни бывало!
- Что за настойка? - поинтересовался Рауль.- Признаться, с африканских времен я испытываю большое уважение к таким снадобьям.
Арамис произнес несколько слов на латыни, которых не расслышал никто из присутствующих, кроме виконта. Рауль же потрясенно глянул на епископа и, сделав надо собой видимое усилие, потянулся к бокалу - название сказало ему куда больше, чем он хотел бы знать.
Впрочем, он быстро пришел в себя – надо было возвращаться на место, начиналось оглашение подарков. Поглощенный своими мыслями, он не заметил как Арамис и Портос отделились от прочих гостей.
Дождавшись, пока герольд начнет зачитывать список подарков, Д’Артаньян тихонько вышел из шатра на улицу под чистые осенние звезды.
К его удивлению, Портос и Арамис были уже здесь.
- И вы сбежали, - сочувственно пробасил Портос.
- Я удалился, - хмыкнул Д’Артаньян. – А что здесь делаете вы?
- Боимся, - признался Портос. К удивлению гасконца, Арамис согласно кивнул.
- Так, друзья мои. Вы, стало быть, тоже подарили Раулю нечто этакое, и теперь прячетесь от Атоса?
- Ничего-то от вас не скроешь, - хмыкнул Арамис. – Конечно, герцогский патент от английского короля ничем не перебьешь, но что простится королю, пусть даже и английскому…
- То не простится нам. Гримо, Гримо! Иди сюда! Принеси-ка нам бутылку вина и четыре кубка, Гримо. Прекрасно. А теперь выпей с нами, дружище. За Рауля!
- За Рауля! – эхом откликнулись мушкетеры.
Гримо осушил свой кубок и вытер покрасневшие глаза.
- А теперь, - сказал Арамис, - я хочу выпить за Гримо. За одного из лучших слуг в мире.
- Не считая Мушкетона, - ревниво уточнил Портос.
- И Планше, - вставил Д’Артаньян.
- Бедняга Базен! Знал бы он отчего отказывается, выбрав церковь!
- За тебя, Гримо! Если тебе когда-нибудь наскучит Бражелон - приезжай ко мне в Париж.
- Или ко мне, в Испанию!
- А если будете в Испании, то легко найдете и меня, - усмехнулся Арамис. - Д’Артаньян, посмотрите осторожно издалека, что там происходит и не пора ли нам спасаться бегством?
Д’Артаньян напряг зрение и слух, заметив при этом, что Гримо тактично исчез.
- Сейчас очередь Конде.
- А, значит, мы следующие. Ну что, Портос, приятно было провести с вами сорок лет этой жизни.
- И мне так же, мой дорогой друг. Д’Артаньян, давайте обнимемся, Д’Артаньян.
- С удовольствием, друзья мои. Но что же вы подарили?
- А вы?
- О, я уверен, что сюда сейчас придет Атос, огласит весь список и воздаст нам по заслугам. Выпьем же!
- Выпьем! Я прямо чувствую его приближение!
- Чутье вас не обманывает, - мрачно произнес Атос, появившийся словно из ниоткуда. – Я здесь. С вами, Портос, я даже разговаривать не хочу. Зачем вы так расстроили женщину, Арамис? Откуда у вас такие деньги, Д’Артаньян?
- Но, граф, - возопил смертельно обиженный Портос. – Я всего-навсего восстановил справедливость!
- Какое удивительное совпадение. Когда я оформлял передачу Пьерфона обратно вам, я занимался тем же самым.
- Но я ведь сразу сказал, что все будет принадлежать Раулю! Не менять же мне свое решение из-за того, что я не умер, вот еще! Если вам будет спокойнее, Атос, то свои испанские владения я никому не отдам и унесу их с собой в могилу!
- Договорились. Так, теперь вы, Д’Эрбле. Мадам дю Плесси совершенно расстроена.
- Боже, какой ужас! Пустите, я обязан ее успокоить, мы ведь дружны!
- Стоять! Спасибо, Д’Артаньян, главное, не отпускайте его. Видите ли, Элиза была уверена, что ее алмазы – лучшие в Париже, до тех пор пока вы не вручили свой подарок.
- Ее алмазы лучшие в Париже, алмазы ее сестры – лучшие в христианском мире. Не вижу повода для расстройства. Ах, Атос, возможно, в последний раз я совершаю такие безумства ради женщины. Возраст, сами понимаете, кто знает сколько мне уже осталось – у меня ведь подагра и камни в почках.
- И нет трех зубов, - как бы про себя пробормотал Д’Артаньян.
Арамис метнул на него убийственный взгляд.
- Но что скажет Орден?
- Хм… да, это проблема, но, думаю, я сумею договориться сам с собой.
- Не сомневаюсь.
Д’Артаньян не стал ждать своей очереди и перешел в наступление.
- Атос, я что, похож на скупца?
- Нет, - ответил удивленный Атос.
- Или, может быть, я хуже Мазарини?
- Конечно, нет, как вы могли такое подумать?
