Нужно отдать должное воспитательнице, она не стала хуже относиться к детям Ивановых, а когда за ними приходил Иван, густо краснела и разговаривала с ним с придыханием. Что ни говори, видный мужчина, настоящий, цельный и, самое главное, верный и любящий свою жену до умопомрачения.
Стоило посмотреть на супругов и становилось понятно, что в их отношениях царят любовь и взаимопонимание, такую гармоничную пару не разбить никому. Но это вовсе не означало, что всё в их жизни протекало гладко, как по маслу, конечно, всякое бывало, как и у всех. Они тоже ссорились, правда, ненадолго.
Есть один неизменный способ, позволяющий сладко мириться и не по одному разу. Как любил говаривать Иван, что он иногда специально выводит жену из себя, якобы, та становилась ещё более необузданной в постели.
Так прошли 12 счастливых лет совместной жизни. В 2009 старшим детям Ивановых было по 22 года, а младшим соответственно по 11 лет, когда в медицинском, где преподавала Снежана Дмитриевна, прибыли студенты по обмену. Был среди них один афганец, неизменно улыбчивый и вежливый.
Он имел способности к языкам и хорошо говорил по-русски. Сказал, что с детства изучает русскую культуру и всегда мечтал побывать в нашей стране. После получения диплома, ему предстояло вернуться к себе на Родину. Всякий раз, глядя на этого парня, Снежка не могла понять, кого же он ей напоминает?
Студента звали Фарух Назари, он был на год младше старших детей Снежки и Ивана. Симпатичный парень пользовался успехом у одногруппниц, те из кожи вон лезли, чтобы обратить на себя внимание афганца, однако, он со всеми девушками был предупредительно-вежлив и никого конкретно не выделял.
В группе учились ребята разных возрастов и степени достатка, были среди них и, так называемые, блатные. Особенно ярко выделялась дочь одного чинуши из Минздрава, не отличающаяся ни рвением в учёбе, ни тягой к знаниям.
На уме у Алики, полное имя Александра, были только развлечения, тряпки и мальчики. Как уж удавалось ей не завалить очередную сессию, для всех оставалось загадкой, но факт остаётся фактом, хвостов у неё не наблюдалось.
И вот угораздило же этой взбалмошной девчонке влюбиться в загадочного афганца, об которого обломали зубы чуть ли не все красотки курса. Алика забилась на спор, что в два счёта сломит упрямство чужеземца и уже через месяц он станет её комнатной собачонкой.
Но что бы она ни предпринимала, всё было без толку. Девушка садилась рядом со скромным парнем на лекциях, бесцеремонно сгоняя с места других, беспрерывно разговаривала, приглашала в кино, на вечеринки, или просто погулять, но неизменно получала вежливый отказ.
Фарух ни разу не вышел из себя и всегда извинялся. Наверное, это больше всего и задевало, уж лучше бы накричал, пусть даже при всех, может тогда бы её проняло и стало стыдно. Так нет же, объясняя причину отказа, он улыбался своей волшебной улыбкой:
— Прости, Алика, не могу, мне нужно готовиться к зачёту.
— Не переживай, сдашь ты свой зачёт, я замолвлю за тебя словечко, обещаю.
— Спасибо, но лучше я сам.
Ситуация повторялась раз за разом и Александра, наконец, сдалась. Однако, раненое женское самолюбие требовало отмщения и вскоре нашлось средство, с помощью которого она могла навредить Назари, да так, что того могли выгнать из мединститута с треском.
Достаточно шепнуть самым болтливым какую-нибудь утку, а всё остальное доделает сарафанное радио. Вначале девице вздумалось создать строптивому парню репутацию гомосексуалиста. Ну, а что? Раз доселе не был замечен ни с кем, значит, что-то с ним явно не так.
Однако, изворотливый ум подкинул зловредной Алике более правдоподобную версию, как раз подходящую для исключения из учебного заведения. Как-то, опоздав на лекцию, она решила отсидеться в пустой аудитории, следующая пара должна была начаться минут через 20, не раньше.
Девушка уронила ручку и усердно шарила под лавкой, когда в дверь вошли Снежана Дмитриевна и Фарух Назари. Тот, как всегда, вёл себя почтительно, но при этом от души смеялся, рассказывая ей историю из своего детства.
— Бабушка очень меня любила и сильно переживала, если я падал или дрался с кем-нибудь. Не разобравшись, бежала заступаться, даже, когда я был неправ. Приходилось чуть ли не волоком тащить её домой, чтобы не позорила меня перед друзьями.
— Не могу поверить, Фарух, вы не похожи на проказника.
— Да это я сейчас остепенился, а раньше был страшным хулиганом.
— Мои тоже давали нам жару, правда, в разное время.
— А сколько у вас детей, Снежана Дмитриевна?
— У меня четверо, два красавца сына и две лапочки-дочки.
— Наверное, маленькие ещё?
— Нет, выросли, слава Богу. Старшим двойняшкам по 22 года, а младшим по 11.
— Здорово иметь двойняшек.
— Здорово, конечно, во всяком случае, не скучно. Хотя, трудности тоже были, но у нас с мужем всегда были помощники.
— Ваш муж счастливый человек.
— Я тоже с ним очень счастлива. Слушайте, Фарух, вы афганец, а настолько хорошо говорите по-русски, что просто диву даёшься.
