– Вот-вот, и я сомневаюсь, что подобное в принципе реально. Ведь эти жертвы надо самих перенести еще в мир с которого нужно развивать атаку, а это тоже жертвы и чем больше войск и жертв надо доставить в мир-буфер, тем больше надо принести жертв в своем мире. Рост жертв идет в геометрической прогрессии.
– Ну да, это просто невозможно, – согласилась гоблинка, быстро подсчитав лавинообразное увеличение жертв. – У него просто не хватит на это всего населения своего мира, а в мире-буфере живет слишком мало разумных, чтобы воспользоваться местным источником жертвенной маны. Тем более их еще надо найти и схватить, что само по себе непросто. Он просто не пойдет на практически полное лишение себя паствы. За счет кого в ином случае дальше существовать?
– Верно. Так что, он атаковал из своего мира, так проще и дешевле. Опять же не будем забывать, что он был полностью уверен в успехе предприятия, ведь так долго к нему готовился. Не стоит его переоценивать, тем более что он явно переоценивает сам себя, с темными всегда так, я уже молчу о хаоситах, в этом можете мне поверить, – с улыбкой подытожила богиня любви Хайллейса.
Да уж, знаний о психологии темных и хаоситах ей не занимать.
– Вопрос в том, как мы попадем к нему в гости? – спросила гнома Тамгария. – Приглашения от него явно не дождешься…
– Это точно! – хохотнула троллиха Жунгори, демонстративно хрустнув пальцами сжимая то одну руку, то другую в кулак. – Но и силой к нему не пробиться…
– Верно. После того как Трасскор сбежал, – продолжила богиня ремесла и строителей, – он, понимая, что мы захотим отомстить и радикально решить вопрос его дальнейших притязаний на Даронар, наверняка начнется готовиться к ответному визиту, и подготовить призыв с помощью своих агентов на его территории, как это он делал у нас, нам явно не удастся. Да и опыта у нас такого нет.
Мы согласно кивнули.
– Тем более, что этих агентов еще нужно заслать, а за всеми прибывшими будет особый контроль. Не развернуться им.
– Да, это сложный вопрос, – согласился я, отпивая из бокала совместное творение богини виноделия и врачевания. – Но ответ на него надо найти, во что бы то ни стало и в очень короткие сроки. Следующей его атаки, чует мой седалищный нерв, мы не переживем.
В этот раз мы, естественно, ни до чего не додумались. Даже хоть сколько-нибудь вменяемых предложений не прозвучало.
Говорят, что в любой ситуации надо искать положительные моменты. Казалось бы, какой положительный момент можно найти из устроенной ордами гноллов резни? Ведь это столько убитых и принесенных в жертву разумных! Сожжены многие сотни деревень и десятки городков, разрушены столицы крупнейших королевств, не говоря уже об осквернении наших храмов…
Оказывается, есть. Даже особо напрягаться не пришлось, чтобы найти, потому как сами… пришли. Это я о душах погибших жрецов, паладинов и даже магов, что выбрали нас в качестве покровителей. А погибло их немало. Сбежать практически никому не удалось, шаманы гноллов постарались возвести вокруг города непроницаемую стену, устроив своеобразный шторм силы, так что даже порталом не сбежать, настройки этих магических плетений сбивались. Только паре-тройке архимагов удалось пробиться с помощью телепортов, задействовав все резервы силы, что копили многие годы.
Если души простых смертных и магов со слабым даром изначально для богов особой ценности не представляли и, предварительно поделившись со своим богом частичкой энергии, не задерживаясь, сразу уходили на перерождение, чтобы через какое-то время вновь родиться, то душам разумных с сильным даром приходилось задержаться в чертогах богов, посвящение коих они приняли.
Впрочем, лично я насильно никого удерживать не собирался. Просто предлагал им работу, так сказать, в астральной армии. Отслужив в ней определенный срок, душа получала награду в виде возможности перерождения с некоторым количеством дополнительных бонусов и их качества, как к телу, так и к силе, физической и магической.
Если совсем утрировать, то адепт, раньше бывший слабым и больным, с кривой рожей и хилым телом, переродившись, получит более прокачанное тело, смотря чье покровительство взял. Если Хунгори, то перед душой маячила перспектива тела Шварцнеггера.
А если душа во время службы проявит себя с лучшей стороны, а то и вовсе какой героический поступок свершит, то может надеяться на сохранение памяти о прошлой жизни. И чем служба будет лучше, чем значимей будет поступок в экстренной ситуации, тем больший объем памяти сохранится.
Конечно, при таких весомых плюшках все в армию бы записались, если бы не одно «но», делавшее большую часть посвященных душ простых разумных бесполезными. Это «но» заключалось в том, что душа во время службы, а точнее в бою, могла сильно пострадать вплоть до полного развеивания, а значит, лишения возможности перерождения, то есть их ждала полная и окончательная смерть.
