Я вспомнила голоса. И Безликих. Заглатывающую тела Бездну и вечный страх, желание спрятаться от несуществующих взглядов.
– Ужас, какой ужас, Эйнар, – официозы разбились об пугающие воспоминания. Резко поднялась и принялась ощупывать лицо. Глаза, нос, рот… все на месте. Тьма… Побывать на дне забвения, среди неудачников, шагнувших в Бездну по случайности или своей воле – неважно.
– Тише, – чуткий собеседник приобнял и прижал сильнее к горячему боку, а потом продолжил рассказ, – ты уже не там, малышка. Азаил заглянул в видения, и описал происходящее с тобой. Тогда мы поняли. Со дна Бездны вернуться почти невозможно, ты и так продержалась слишком долго. Ан Бет разобрал тренировочный зал до основания, загонял Наследника и его шайку до кровавых слюней. Я перелопатил столичные архивы, и даже послал вестника в Анкуррат, но все тщетно. На третьи сутки ко мне в кабинет вломился, буквально выломал дверь, Азаил и сказал, что тебе необходима подпитка, иначе никак. Создать связь с живым существом. Сильным, полным магии и способным стать тебе опорой в дальнейшем.
– Что же ты сделал, Эйнар? – я неловко повернулась и попыталась заглянуть к нему в глаза. В синих сапфирах переливалась радуга всевозможных тонов. Красивый. Даже в образе демона, со слегка выпирающими клыками, он по прежнему меня привлекал, манил и звал, словно… Неужели?
– Вижу, ты все осознала? Я напоил тебя своей кровью, а потом испил твоей. Призвал высшие силы засвидетельствовать помолвку и создал третий круговорот энергетических потоков. Теперь, он у нас один на двоих, Ками…
Невеста? А как же Отбор, Наследник и родители? Представляю, как бесновался папенька, узнав о подобном обстоятельстве. Все его планы полетели под откос со свитом. И самое главное. Как же я? Выбор снова сделали за меня? Отстранилась.
– Но я не хотела становиться твоей невестой. Тем более так, – сказала твердо. Будто сама в эти слова верю. Что же ты наделал, Азаил? Кинул меня в объятия к другому, избавился от надоедливой девчонки, бегающей за тобой и ждущей каждой ласки. Но разве не вместе мы наслаждались теми драгоценными мгновениями? Голова шла кругом.
– Понимаю, – твердо сказал демон, подняв мой подбородок и заставив посмотреть прямо, – но твоя кровь сделала что-то невозможное. Я себя контролирую. Демон спокоен и сыт. Мне все еще хочется тебя целовать, дарить наслаждение и защищать от всего на свете, но прежней одержимости нет. Жаль, что для этого шага потребовалось почти потерять тебя. Позволишь? – он наклонился к моим губам, зависнув в паре миллиметров от лица. Дал мне выбор.
– Нет, – решительно отвернулась, избежав нежелательного прикосновения, – расскажи про браслеты, пожалуйста.
Видимо, моя кровь действительно способна успокоить страсть, и не только твою, Эйнар. Исчезла маниакальная потребность опрометчиво падать в чужие руки. Прошла зудящая необходимость касаться. Кажется, я снова обрела ясность мысли и, объективно, демон являл собой эталон сексуальности и притягательности, однако не я уже не вспыхивала столь молниеносно.
Он с явным сожалением отстранился.
– Рунная вязь скрепила наш союз перед духами предков. Камилла, пойми, для меня обручение вовсе не пустой звук. Демоны не женятся на человечках, считают данный вариант невозможным. Я разделил свой резерв, принес традиционную клятву… Спустился за тобой в Бездну! Пусть ты пока не готова принять мои чувства, но я настроен биться над решением нашей проблемы столько, сколько будет нужно для ее решения, – ректор говорил серьезно, вглядываясь в мое лицо.
– Эйнар, – его имя перекатывалось на языке горькой пилюлей, – мы не знаем друг друга. Какое обручение? Ты ни разу не поговорил со мной, а едва мы оставались наедине, как становилось не до разговоров… Я понятия не имею, в каком городе ты родился, кто твои родители, почему ты вызвал меня в ректорский кабинет, а следом решил воспользоваться служебным положением. Загадка, да и только. Прошу тебя, уйди, я хочу побыть одна, – в животе требовательно заурчало.
Демон гневно сверкнул глазами и поднялся, а потом сменил ипостась, став привычным Эйнаром ан Тареном – ректором двух Академий. Так мне было гораздо спокойнее. Смотреть на него издалека и любоваться как недостижимой звездой на ночном небосклоне.
– Хорошо, я пойду и распоряжусь покормить больную. Но только хочу, чтобы ты вспомнила, Камилла, как еще до ритуала, плавилась в моих руках. Скажешь тому тоже была вина крови или недостаточное знакомство? – он насмешливо поднял бровь, а после развернулся и вышел, оставив меня в растрепанных чувствах.
