Выпрямляясь, она вдруг заметила выходившую из лифта женщину в оранжевом пальто. Элли понадобилось лишь несколько мгновений, чтобы узнать ее, однако та заметила возле палаты Симански полицейского в форме и шагнула обратно в лифт.
— Ты видел?
— Что?
— Та женщина из дома Симански. Беременная. — Элли кинулась в коридор, добавив: — Она испугалась и заскочила в лифт.
Элли нажала на кнопку, но лифт двигался вниз. Грохнув дверью на лестницу, она помчалась за ним, прыгая через две ступеньки. Сзади слышались шаги Рогана.
— Посмотри на втором! — крикнула Элли. — А я вниз!
На первом этаже она огляделась, но оранжевое пальто как в воду кануло. Она выскочила на 7-ю авеню и успела заметить, как женщина захлопнула пассажирскую дверь золотистой «Акуры Легенды».
И снова денек преподнес сюрприз. Когда машина тронулась, Элли узнала в человеке, сидевшем за рулем, Хайме Родригеса.
Когда Элли вбежала с лестницы на третий этаж, Роган уже поджидал ее.
— Я спросил медсестру, приходила ли беременная женщина к Симански и раньше.
— И?
— Глухо. Зато парнишка, доставщик цветов из магазина подарков, случайно меня подслушал и сказал, что полчаса назад беременная дама в оранжевом пальто бесилась внизу из-за того, что ее отца привезла сюда полиция.
— Ее
— Вот именно. Почему-то Симански не хотел, чтобы мы про нее знали, а ведь мы его спрашивали.
Элли вспомнила пустые ящики комода в гостиной и голые вешалки в шкафу.
Она достала из сумки блокнот. Последней записью, сделанной в машине «скорой помощи» по ее настоянию, было признание Симански: «Я задушил ее, порезал и сережку забрал». А чуть выше рукой Элли были написаны два слова: «пеметрексид» и «цисплатин» — названия препаратов, которые она обнаружила в шкафчике Симански. Она не сомневалась, что это лекарства для его мезотелиомы. Элли вспомнила, как ужасно пошутила вчера в разговоре с Питером об очевидной повсеместности рака.
Симански знал, что умирает. Но не обращался в юридическую фирму Датца и Гроссмана для решения своих проблем. Он пытался справиться с ними самостоятельно.
— Нам нужно взглянуть на банковский счет Джейка Майерса.
— Эй, парень! Ты что, издеваешься? Почему их?
Платиновая блондинка на высоченных шпильках была раздосадована, увидев, как охранник без очереди пропускает за бархатный канат «Тенджуна» двух девиц. Раздражение блондинки было вызвано убеждением, что уж она-то наверняка выше, стройнее и сексуальней, чем Рейчел Пек и ее подруга Джина, и ее убеждение не было лишено оснований. Однако в паутине дружеских связей простых людей, обслуживавших крупнейшие увеселительные заведения, ее убеждение ничего не значило.
Рейчел шлепнула ладонью по раскрытой пятерне охранника.
— Спасибо, Рико. Ты просто прелесть.
Два года назад, еще до того, как он стал активным членом спортклуба и начал щеголять в обтягивающих черных футболках, вышибала Рико звался Рикардо и убирал со столов в «Меса Гриль». Блондинке в стриптизерских туфлях следовало принять к сведению: чтобы попасть в такой клуб, как «Тенджун», нужно
Они спустились по ступеням и через холл с бархатными креслами прошли к отделанному крокодильей кожей бару. Старая песенка «Бисти Бойз» громыхала из колонок, смешиваясь и перемежаясь с мелодией Мадонны.
— Два мартини с джином «Бомбейский сапфир», — попросила Рейчел, как только ей удалось обратить на себя внимание бармена. — Без вермута. Безо льда. С лимоном и оливкой.
Бармен с недовольным видом принял ее кредитку. Ему тут не поживиться. 35 долларов за оба напитка — на такие траты способна только карта «Виза».
Сунув кредитку в передний карман джинсов, Рейчел протянула Джине один бокал и сделала большой глоток из другого, чтобы понизить уровень напитка до безопасного, иначе малейшее столкновение в толпе будет стоить ей половины коктейля. Холодный джин приятно щекотал горло.
Она прошла за Джиной в следующий зал, где им удалось найти уютное стоячее местечко неподалеку от подковообразного танцпола.
— За сегодняшний девичник! — сказала Джина, немного наклоняясь, чтобы подруга могла ее услышать.
Рейчел чокнулась с ней и отпила еще глоток. Тост был прозрачным намеком на недавний разрыв Рейчел с биржевым брокером, с которым она познакомилась за стойкой своего бара три месяца назад. Обычно она отметала предложения подвыпивших парней, которые, опрокидывая текилу, смачно хлопают рюмкой по стойке. Но Хейден показался ей другим. Конечно, в тот вечер он тоже заигрывал с ней. Но на следующий день он пришел пообедать — один, чтобы попросить ее номер. Это показалось ей весьма элегантным ходом с его стороны.
Некоторое время Рейчел позволяла себе верить, что ей повезло завести отношения, какие, похоже, заводят девушки в этом городе. Хейден был приличным парнем с хорошим доходом. Симпатичный, веселый, он действительно читал ее рассказы, и, казалось, они ему даже нравились. Рейчел тешила себя мыслью, что, если все удачно сложится, она сможет уйти из бара и сосредоточиться на своем творчестве.
