Иветта металась в постели, то предвкушая свое бытие в роли королевы, то вновь впадая в панику, представляя как демон явится прямо на свадебную церемонию, чтобы потребовать долг. А если выберут не ее? Так и вовсе ужас! Неужели придется идти за ненавистного мистера Гверта?
Ближе к утру ее сморил тревожный, некрепкий сон. Неудивительно, что от деликатного шага горничной ее подбросило, как от взрыва шутихи.
— Что? Что случилось? — воскликнула Иветта невнятно, уставившись осоловелыми глазами на испугавшуюся этой внезапности девицу. Та и вчера успела попасться госпоже под горячую руку, и совершенно не желала повторения выволочки. Уволить не уволят, конечно, но если Иветта нажалуется, могут и перевести подальше от гостевых покоев. На кухне, например, всегда руки нужны.
— Завтрак, мисс! — пролепетала бедняжка, глядя в пол и поспешно приседая в книксене. — Пришла вам помочь переодеться.
— А, хорошо. — Иветта вдохнула поглубже, пытаясь справиться с накатившей паникой. Она справится. И сумеет посмотреть в глаза королю, что увлечённо целовал ее вчера, не покраснев и не отводя взгляда. И никому не даст обогнать ее в гонке за сердцем его величества!
К столу она явилась в полной боевой готовности. Милый скромный бежевый наряд выгодно оттенял темную медь ее волос, чистое, свежее лицо притягивало взгляд. Горничной пришлось постараться, чтобы добиться подобного здорового сияния. Синяки от недосыпа под глазами Иветты никак не хотели замазываться.
Короля за завтраком не было, но девушка не унывала. Она уже поняла, что во дворце даже в стенах есть глаза и уши, а потому вела себя так, будто его величество сидит рядом. Безукоризненно.
Сегодняшние проверки показались ей слишком легкими. В самом деле, вышить за час платок для его величества — не целиком, а всего лишь небольшой вензель в углу квадрата — что там сложного для приличной, образованной девушки? А соревнование по дрессировке собак? Вроде как проверка на авторитет, сможешь ли заставить животное подчиниться. Как ни странно, справились не все, хотя болонки, участвовавшие в конкурсе, и впрямь подобрались довольно бестолковые.
В мысли Иветты все чаще закрадывалось подозрение, что его величество уже все для себя решил. И самый главный отбор был тот, первый, который никто кроме нее не помнит. Ну, и допрос под зельем, само собой, как отбраковка нелояльных. На этом, пожалуй, все. А эти глупости с прогулками и собачками всего лишь ширма, чтобы после отбракованным претенденткам было что рассказать внукам. Если бы их отправили домой сразу же, возникли бы закономерные вопросы — как, по каким критериям отбирает невесту король? А так — все понятно. Самую умелую, воспитанную, способную как приказать, так и подчиниться ему самому. Достойную партию, так сказать.
С каждым конкурсом нетерпение девушки росло. И вроде бы она знала, что отбор обычно длится неделю-две, в среднем, но все равно каждый вечер с замиранием сердца ожидала финального объявления от его величества.
А его все не было и не было.
И вот наконец, когда она уже практически отчаялась, после очередного испытания — на знание инорасового этикета, легкий фуршет в саду с приглашёнными эльфами — его величество решился.
Ужин проходил в непринужденной обстановке — для короля, разумеется. Он был весел, немного на взводе, и не переставая шутил и подначивал сидевших ближе всего к нему претенденток. Иветта украдкой комкала салфетку, чтобы не сорваться. Ох, как ей хотелось расцарапать нахалкам лица! Ну, или хотя бы занять их место за столом подле его величества. Но к сожалению на рассадку она ника повлиять не могла, ее определяли лакеи, провожавшие девушек к местам до начала трапезы. Так что сейчас она сидела напротив короля, что в принципе могло считаться выгодной позицией, если бы не те вертихвостки, что устроились на соседних стульях с Килваром.
Когда подали десерт, Иветта уже закипала, но внешне была сама безмятежность. Ее могли бы раскусить только хорошо знающие ее люди — по слишком уж выверенной точности движений и характерному движению, которым она поправляла и без того идеально лежащие локоны. Но таких людей здесь не было. Впрочем, родная матушка и та не слишком внимательно относилась к дочери, так что вряд ли заметила бы говорящие признаки.
Его величество оглядел поднесённое ему блюдо — груши в сливочном сиропе, очищенные и запечённые по особому эльфийскому рецепту — поморщился и оглядев подобравшихся девиц, торжественно поднял бокал и десертную вилочку.
Тишина воцарилась еще до того, как хрустальный перезвон разнесся по столовой.
Глаза претенденток засияли, они оживились и замерли в предвкушении одновременно. Сейчас решалась их судьба! Кто-то одна из двух десятков красавиц станет королевой, а всем остальным придется вернуться в родной дом, и выйти замуж за назначенных женихов — или же новоявленных. Спрос на девиц, прошедших первичный отбор у его величества, был велик всегда. Своего рода знак качества Сосуда. Многие гордые сим достижением отцы разрывали старые договорённости о помолвках и спешно заключали новые, более выгодные.
— Дорогие гостьи! — негромко произнёс его величество, но в звенящей тишине его голос был прекрасно слышен во всех уголках зала. — Хочу поблагодарить вас от всей души за то, что скрасили мое время своим пребыванием во дворце. Вы все прекрасны и удивительны!
Девы зарделись и потупились, с нетерпением ожидая продолжения.
И оно не замедлило последовать.
— Увы, как вам известно, я должен выбрать среди вас лишь одну. — продолжал король после небольшой паузы. — Это было крайне сложно, но в конце концов я принял решение.
Снова молчание. Одна из дев побелела до тона писчей бумаги. Того и гляди, свалится в обморок от переживания.
Иветта же просто не могла дышать. Она не знала, как выглядит со стороны, и в тот момент ей было почти все равно. Девушка вся обратилась в слух, чтобы не пропустить самое важное для себя объявление.
— Моей супругой станет прекрасное рыжеволосое создание. — подмигнул ей Килвар. — Прекраснейшая мисс Иветта Юнтис.
Он поднялся, скрипнув стулом и протянул ей левую руку.
Иветта тоже встала, краем сознания следя, чтобы не зацепиться ни за что юбкой. Вот было бы позорище! Десяток шагов, десять ударов сердца — и ее пальцы касаются ладони короля. Его кожа обжигает, ее собственная холодна как лёд. Ему, наверное, неприятно — будто лягушку трогает, мелькает паническая мысль, но ее смывает волна чистого облегчения.
Она смогла. Она выиграла! Король теперь ее!
Не слишком сдерживая торжествующую улыбку, Иветта развернулась и заняла положенное ей место.
То, которое она уже давно ждала и почти не надеялась получить.
Рядом с Килваром.
Ее хрупкая, узкая кисть почти утонула в его мужественной ладони, и девушка куснула себя изнутри за щеку, чтобы не рассмеяться от облегчения. Напряжение последних дней вылилось в небольшую скрытую истерику. Ее потряхивало, но она все же сдерживалась из последних сил, не позволяя окружающим заметить творившуюся внутри бурю.
— Вы счастливы, дорогая? — поинтересовался у нее Килвар, кивая слугам. Те споро переложили тарелки и переставили стулья так, что рядом с его величеством освободилось немного места. Туда как раз втиснулась Иветта со своим десертом, который едва успела ковырнуть и вряд ли теперь доест. Аппетит пропал от возбуждения начисто.
— Абсолютно! — выпалила она и прикусила губу. Не слишком ли откровенно выражает свои чувства? Но королю, кажется, понравился ответ.
Он лично помог ей устроиться на поднесённом стуле рядом с собой и сел, отодвинув подальше тарелку и придвинув бокал с вином. За вечер ему уже несколько раз доливали напиток, так что Иветта с тревогой поглядывала на его величество — не станет ли ему дурно. Но нет — за исключением немного покрасневших щёк по Килвару совершенно не понять было, лишнего он выпил или в меру.
Девицы тоже не слишком налегали на десерт. Расстроившись, что их мечта не сбылась, они вяло ковыряли вилками сочные дольки, не стараясь изобразить счастье за одну из них. К чему притворство, если уже завтра их во дворце не будет?
— Позвольте проводить вас. — заявил наконец Килвар, осознав, что атмосфера за столом выправляться и превращаться в праздничную не собирается. Он снова предложил руку Иветте заученным жестом, и та с дрожью ее приняла. О, точно, она же не может теперь вернуться в прежние покои! Официальная невеста его величества обязана проживать рядом с ним, в соседнем флигеле, до брака. Да и после то будут ее личные покои, крыло королевы, и его величество будет навещать ее по ночам, дабы сотворить наследника.
Иветта на мгновение зажмурилась и чуть не потеряла равновесие, оступившись. Реальность никак не желала укладываться в сознании. Она все-таки станет королевой! Невероятно!
— Ваше новое обиталище, дорогая невеста.
Слова короля вырвали ее из эйфории, в которой девушка пребывала, пропустив всю дорогу, переходы и коридоры. Скажи ей кто сейчас найти обратную дорогу в обеденный зал, вряд ли она сумела бы. Иветта уставилась на резные двери, которые сейчас поддавались дружным усилиям лакеев, и тяжело распахивались внутрь, в приемную.
Небольшой салон с диванами и креслами, где можно принимать гостей, виден был с порога. Дальше располагались спальня, гардеробная, комната дежурных служанок и прочие помещения, необходимые для комфортного проживания ее будущего величества.
— Привыкайте. Все необходимое вам принесут. Просите все, что хотите. — сухо отчеканил король и убрал руку за спину.
Иветте сразу стало зябко. Она неуверенно ухватилась освободившимися пальцами за юбку и шагнула вперед, переступая порог в новую, неведомую жизнь.
