— Спасибо, — улыбнулась я мальчишке. — Ты тоже ничего! — вернула ему комплимент.
Истинная правда. В белой рубашке, чёрном костюме и светлом платке вместо галстука, он выглядел как маленький принц. Только королевских и военных нашивок, какие были у Сеттариаса на одежде, не доставало.
На мои слова Рам приосанился, довольный собой, поправив сюртук на животе.
А я, чтобы не смущать его сильнее, обратилась снова к своему жениху.
— Вот! Запоминай, как надо общаться с женщинами! Комплиментами! А не как ты, доводить их до инфаркта, выпрыгивая из-за спины с громким криком, — укорила его.
— Чтобы ты меня потом ночью подушкой придушила за то, что я помимо тебя кому-то ещё там улыбнулся? — усмехнулся он.
— Это когда это я тебе запрещала улыбаться кому-то? — возмутилась я тут же.
— Не запрещала. Вслух. Зато смотрела так, что и без слов всё понятно.
— Что тебе понятно? Сам придумал, сам поверил!
— То есть я могу сейчас пойти и отвесить комплимент… допустим… Роуз?
Вот же… гадёныш!
— Только попробуй!
Роуз он собрался комплименты делать! Ага, как же! Если только посмертно!
— Вот и я о том же, — рассмеялся Сеттариас, обратно притягивая меня к себе. — Если я кого и попробую, так только тебя, — шепнул уже на ухо. — Но после того, как сниму с тебя это платье. Которое тебе очень идёт. Но без него мне всё равно нравится больше.
Надо ли говорить, что после такого я вообще больше ни слова не произнесла?
Да и не при ребёнке же?
Тем более Рам уже окончательно к нам приблизился и протянул каждому по ладошке. Я взяла его свободной рукой, моему примеру последовал Сеттариас, а затем я, как обычно, не успела моргнуть, а уже стояла на краю какой-то отвесной скалы, о которую бились морские волны, поднимая тучу брызг. Вода разливалась до самого горизонта со всех сторон, создавая ощущение того, что мы одни во всём мире. И только спустя несколько ударов сердца, я поняла, почему Сет выбрал именно это место.
Именно здесь, в моём последнем сне, я разговаривала с его драконом.
То есть он не просто знал о наших встречах, но и решил воспроизвести последнюю?
Какой же всё-таки коварный!
У самого обрыва была установлена белоснежная арка, увитая плющом с необычными бело-розовыми цветами. Знакомая такая арка. А возле неё — не менее знакомый жрец в длинном чёрном с золотой вышивкой балахоне. Лицо его было скрыто капюшоном, а в руках он удерживал небольшой томик в кожаном переплёте.
— Браслеты? — уточнил он безразличным голосом.
— При себе, — стукнул по груди Сет. — Можно начинать.
Принц подвёл меня к нему ближе, развернулся ко мне лицом и взял за руки. Рам замер неподалёку, глядя на нас всех с неприкрытым благоговением.
Жрец начал обряд.
Сперва его голос звучал тихо и спокойно, затем в нём проявились грозные нотки, а громкость повысилась. И чем дольше он пел на незнакомом мне языке, тем сильнее она становилась, и тем сильнее вокруг принимался задувать ветер, отчего волны в берег уже не просто били, а почти возвышались над нами, одаривая кучей брызг. Фата давно слетела с моих волос, а собранные в причёску волосы растрепались. Шпильки повыпадали, отчего мои кудряшки рассыпались по плечам. Но я не расстраивалась, только улыбалась. Да и как иначе, если мой принц тоже улыбался? Так тепло и ласково, что у меня сердце то и дело замирало при взгляде на него.
Какой же всё-таки красивый!
— Обменяйтесь браслетами, — велел жрец.
Сеттариас достал два широких золотых обода: побольше и поменьше. Поменьше он надел на моё запястье, а побольше протянул мне, чтобы я повторила за ним. Как только мы закончили, жрец продолжил свои песнопения. Невидимые узоры на них вспыхнули чёрным, а наручи крепко сжались вокруг наших рук. Сперва показалось, что они сейчас расплавят кожу, так сильно раскалились, но по итогу просто исчезли, оставшись на ней тёмным орнаментом какой-нибудь татуировки.
— Да будет тьма свидетелем этому нерушимому союзу. Да убережёт она вас от бед, дети Кровавой луны.
Голос жреца стих, а вместе с ним перестали и бушевать стихии. Моих губ коснулся поцелуй Сеттариаса, а затем он отстранился и хитро улыбнулся мне.
— Теперь тебе от меня никуда не деться, — возвестил довольно.
Я на это лишь глаза закатила. И он ещё что-то про мою ревность говорит?! Сам такой!
— Спасибо, — поблагодарил он следом нашего жреца. — Рам вас вернёт во дворец.
Мальчишка, будто только опомнившись, тут же несколько раз покивал.
— Это было очень здорово! — добавил уже для нас. — А можно, когда я буду жениться, у меня тоже будет он на свадьбе?
— Увы, мой юный друг, такое доступно только проклятым принцам.
— Вот так всегда! — расстроился Рам.
— Не переживай, мы тебе ещё круче свадьбу устроим, обещаю, — потрепал его по и без того растрёпанным волосам Сеттариас. — А теперь бегите. А то мне ещё новоиспечённую жену красть. Вдруг воспротивится? — сделал страшные глаза.
Рам звонко рассмеялся, но послушно подбежал к жрецу.
— Позвольте взять вас за руку, — обратился он к нему немного дрожащим от переполняющих его сейчас эмоций голосом.
Жрец вложил свою ладонь в его мелкую, и через миг обоих уже не было на скальном выступе.